Муж напрокат

И мне пришлось бы целовать ее просто так. Не самое приятное занятие: целовать бревно, детка. ― Я скривилась от этого мерзкого слова, которое теперь навсегда для меня будет иметь только негативный окрас. ― Ты должна мне доплатить за это.

― И я доплачу. Я компенсирую тебе моральный ущерб своим телом. Согласен? ― как только она произнесла эти слова, меня моментально бросило в жар. Они же родственники, нет?

― Еще как согласен, детка, ― послышался довольный голос Хантера. Я нахмурилась.

Происходило что-то, о чем я должна была точно узнать, потому что уже тогда понимала, что нас с Колином обвели вокруг пальца.

― А ты действительно хороший актер, Хантер, ― нараспев произнесла Карен. ― Так убедительно сыграть моего кузена."

"― Хорошая оплата всегда стимулирует. Так что, завтра приедешь ко мне?

― Конечно. Буду у тебя в полдень.

― И надень тот черный комплект белья, он мне безумно понравился.

― Как скажешь, сладкий, ― низким голосом отозвалась Карен, а затем я услышала звук поцелуя и сделала шаг назад.

Как стоило поступить? Ворваться к ним и застать на горячем? Побежать к Колину и рассказать? Чем могло обернуться для меня это открытие? В свете последних событий вряд ли Колин поверил бы мне. Скорее он скажет, что я намеренно переворачиваю факты, чтобы поиметь с этого свою выгоду. Вот если бы он сам услышал или увидел, тогда да, это было бы оправданно. С другой стороны, хоть я и не понимала поступка Карен, все же в некоторой степени понимала ее опасения.

Ситуация выглядела странно и ненормально, потому что ее жених, кольцо которого она носит на безымянном пальце, внезапно женился на другой девушке. На ее месте я, пожалуй, тоже бы в лепешку разбилась, но сделала все, чтобы не потерять своего любимого. И почему-то, думая об этом, я представляла себя именно на месте Карен с Колином в роли моего жениха. Странно это все и как-то очень неуместно.

Я вернулась к детям и провела с ними еще некоторое время, пока не наступил момент Х.

Мне нужно было пойти к Колину и убедительно рассказать о том, как все было, а я так и не продумала свою речь. Поэтому, направляясь в кабинет, я едва переставляла ноги. Сердце снова колотилось, а в горле застрял твердый едкий ком, который все никак не хотел проглатываться. Он просто не уходил. Я словно чувствовала, что разговор пойдет не так, как мне было нужно.