А ведь этот сукин сын угадал... Безошибочно угадал, кто из них может быть его женщиной! Ему вдруг нестерпимо захотелось расхохотаться Паше в лицо:
- Что, Паша, обломался, бл***? Пошел разрыв шаблона?
Но он спрятал все чувства.
Напряжение не отпускало, надо было срочно убрать отсюда Алену. А Паша Белый теперь с все возрастающим интересом ощупывал взглядом его жену, которая разве что из платья не выпрыгивала. Удовлетворение было написано у Белого на лице. Удовлетворение и предвкушение хорошей забавы. Его тонкие губы хищно растянулись, он склонил голову и проговорил, обращаясь к Кристине с покровительственной улыбкой:
- Третий раз? Наверное, это судьба.
Власа чуть не вывернула, когда она блеснула на Пашу глазками и промурлыкала:
- Возможно.
Это должно было бы его трогать, бесить, заставить кидаться зверем от ревности. Власу было наплевать, что Кристина уже мысленно расставила перед Пашей ноги. Но об этом не должен был узнать Белый, иначе он дороется до правды. Влас насупился, сунул одну руку в карман и сжал кулак до хруста.
Отлично. Пусть думает, что достал его. Шумно выдохнул и начал, косо взглядывая на Алену:
- А это...
- Это моя институтская подруга Алена, - скороговоркой протарахтела Кристина. - И...
Влас не знал, что еще сейчас выкинет его жена. Любое слово могло стать лишним! От напряжения зазвенело в ушах. И вдруг сквозь этот звон он услышал спокойный Аленкин голос:
- Было приятно познакомиться, Павел, но мне пора и я сейчас ухожу.
Молодец. Удержала лицо. Влас сильно нервничал из-за этого момента, внутри все сжималось, хотелось шикнуть на нее:
- Быстрее, Аленка, быстрее!
Но вместо этого он не спеша обернулся к ней и сухо произнес:
- Всего доброго.
А потом отвернулся с полным безразличием, чтобы ни Кристина, ни Паша Белый ничего не заподозрили.
- Ну ты давай. Не теряйся Аленушка. Созвонимся! Насчет завтрашнего переговорим, когда Игорек на месте будет, хорошо? - возбужденно тарахтела Кристина, Власу был противен ее голос.
- Хорошо, - проговорила Алена. Потом они еще что-то шептались прощаясь."
"У него снова звенело в ушах. И только когда по полу зацокали ЕЕ каблучки, понял, что может выдохнуть, и разжал кулак. Не стал оглядываться, хотя безумно тянуло удостовериться, что ОНА наконец покинула зал. И ей ничего не угрожает. Но он не стал. Влас просто взглянул на Белого, который нарочито наглым взглядом оценивал бюст его жены.