Беглец балансировал на самом краю крыши, намереваясь упасть вниз.
— Halt! — крикнули бойцы, карабкаясь по черепице. И снова: — Hende hoch!
Что беглец и сделал, четко выполнив команду, — поднял руки и заскользил вниз по крыше. Не упав лишь потому, что каким-то чудом зацепился за водосток.
К нему подскочили, схватили за руки, огрели по голове и втащили обратно на крышу.
Да, это был он — прохожий среднего возраста, роста и комплекции с незапоминающимся лицом! Тот, что вошел в подъезд с коробкой в руке.
— А где коробка? — крикнул кто-то.
— Какая?
— Та, что он нес в руках! С бомбой!
— Там, возле квартиры!
И крыша вмиг опустела.
И подъезд.
И двор.
И улица.
Жильцов всех квартир эвакуировали.
И соседних подъездов.
И соседних домов.
Как предписывает инструкция. Потому что если рванет и, не дай бог, кого-нибудь убьет или покалечит, то федеральному правительству придется платить им компенсации!
Все отхлынули…
В ходе операции наметилась пауза, которая могла закончиться не скоро. И… как угодно!..
Глава 28
Твою мать!.
В отчаянии подумал он. Так лопухнуться! Как самому распоследнему кретину! А все потому, что самонадеянность! И еще — Германия! Дома бы он такой промашки ни за что не допустил!..
А здесь — допустил! Прошляпил!
Ведь подозревал. Ведь глядел. И… Все равно не углядел!..
Эти-то откуда взялись?! Как снег на голову! Этих он совершенно упустил из виду!..
Вон они, повысовывались!..
И — верно!.. Из окна той мертвой, без признаков жизни квартиры, чуть не выползая на подоконник, полезли объективы видеокамер! Сразу двух! Направленных на дом «объекта».
А он думал, он уверен был, что там пусто, что никого нет. В помине! Почти на все сто! Еще бы — там же штора ни разу не колыхнулась, лучика света не пробилось!.. Вот он и расслабился!.. И чуть не попал!.. Как кур в ощип!..
Н-да!..
Там, в невидимом отсюда дворе, разворачивалось шумное шоу — крутились синие мигалки, кто-то лез на крышу, «рексы» тащили в машину упирающегося русского диверсанта и тащили на носилках в карету «Скорой помощи» побитого Herr Baumgartman… А в видимом отсюда доме, в квартире с темными окнами и задернутыми жалюзи, проклюнулась жизнь! В первый раз за все это время! И единственный!.
Выходит, те наблюдатели были не одни? А и другие тоже! Вот эти самые молчуны!.. Выходит, не подвела интуиция?
Но как они сидели, как сидели!..