— Настя, я должен тебе кое-в-чем признаться…
Повисла пауза, в течение которой я с замиранием сердца ждала продолжения. Вот сейчас последует откровение, в этом я не сомневалась, на которое я вынуждена буду ответить ложью. А я? До каких пор я буду скрывать от него, что тоже родом из этого города? Как-то все по-дурацки складывается, и я рискую увязнуть в собственной лжи. Но как рассказать ему только часть, утаив, что и про него я все знаю?
— Я ведь родился и вырос там, куда мы едем.
Признание далось ему с трудом, как заметила по его лицу.
— Почему ты промолчал? — этот вопрос показался мне наиболее уместным.
— Сам не знаю… — отозвался Даниил, уверенно вливаясь в поток машин на трассе, ведущей за город. — Наверное, искал подходящий момент, — с улыбкой взглянул на меня. — Да и… я все равно ничего не помню, — передернул он плечами.
В жесте промелькнуло раздражение, как отголосок чего-то.
— Возможно, это пойдет тебе на пользу. У тебя там остался кто-то из родных? — как ни в чем не бывало поинтересовалась я.
— Нет. Из родных у меня была только тетя…
Интересно, что стало с квартирой, где они раньше жили с тетей? Но и об этом я не должна спрашивать, да и у нас забронированы номера в гостинице…
Не иначе, как сегодня день предвидения или прозрения, или просто Даниил так хорошо научился настраиваться на мою волну… Как бы там ни было, но заговорил он дальше именно на интересующую меня тему.
— Слушай, после тети осталась квартира, которая сейчас моя…
Он снова замолчал, а я уточнила:
— Ты сдаешь ее?
— Что? — непонимающе посмотрел он на меня, но тут же догнал мою мысль. — А! Нет, не сдаю. Она заперта, и я там давно не был…
— Понятно, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать, когда пауза снова затянулась.
Мы уже выехали за город, и Даниил прибавил скорости. Трасса не была загруженной на наше счастье. Ну и я не волновалась, поняв уже, что водитель он уверенный и аккуратный.
— Я вот подумал… Зачем нам останавливаться в гостинице, если есть квартира? Правда, я понятия не имею, в каком она состоянии…
Он так смотрел на меня! С таким трудом давался ему этот разговор.