Взять хотя бы эту ужасную Санину привычку везде опаздывать! А о скольких неприятных привычках еще она не знает и обнаружит их только в процессе, когда уже нельзя будет никуда деться? Как тогда быть?! Женя почувствовала нарастающую панику. Как актриса она была довольно эмоциональной и легко возбудимой. Довести себя до истерики ей было раз плюнуть.
Саня заметил, что Женька нахмурилась, стала ерзать на месте и нервно накручивать рыжую прядь на палец.
– Ты чего?
– Сань, – выпалила она, – может, зря мы все это затеяли? Вдруг мы будем бесить друг друга и в итоге разругаемся нафиг?
– Бесить скорее всего будем, – подумав, сказал он.
– Слушай, и правда, – расплылась в улыбке Женя. Ей явно стало легче.
Когда прошли все стандартные самолётные ритуалы: напитки, рыба-курица, постоять в очереди в туалет – Женька стала отчаянно зевать и пристраиваться щекой к иллюминатору.
– Что ты мучаешься? Ложись нормально! – Саня убрал ручку между их креслами и потянул Женю на себя. Устроил ее голову на коленях и заботливо укрыл ноги пледом. – Спи!
– Сплю, – пробормотала Женя, моментально вырубаясь, и последняя мысль, мелькнувшая в угасающем сонном сознании, была о том, что поехать в отпуск с Саней было все же хорошей идеей. На самом деле хорошей.
– Самолет заходит на посадку, пожалуйста, приведите спинки ваших кресел в вертикальное положение и пристегните ремни, – раздался над ухом у Жени профессионально доброжелательный голос.
Чего? Какие кресла? А, они же летят. А она? Спит. Явно в каком-то неудобном положении, потом что сразу заныла затекшая шея. Под щекой что-то теплое, твердое и живое. Саня. Она уснула на коленях у Сани, точно!
Кряхтя, Женя села ровно, почесала щеку, на которой, судя по всему, отпечаталась ткань Саниных джинсов, и посмотрела на того, кто так любезно предоставил сегодня свои коленки в качестве подушки.
Очевидно, она очень сладко спала – буквально до текущих слюней. Ну или всему виной сухой воздух в самолете, из-за которого невозможно нормально дышать носом и пришлось открыть рот.