– Побудешь пока с Сонькой?
– Ну ладно, – неуверенно кивнула Женька, и Саня осторожно передал ей теплого разморенного котенка.
– Я быстро! – сверкнул он улыбкой и вдруг осторожно, будто боясь, что Женька отшатнется, погладил ее по щеке. Она от неожиданности дернулась, но промолчала. Стояла и молча смотрела на Саню, который бегом спускался по лестнице.
Котенок неожиданно мяукнул.
– Тоже не понимаешь ничего, да? – пробормотала Женька, машинально поглаживая его по спинке. – Вот и я. Ладно, пойдем в дом. Саня придет и, наверное, все объяснит.
Саня появился ровно через пятнадцать минут, Женька практически вырвала у него из рук долгожданные сливки и помчалась делать крем. Корж давно пора было вытаскивать из духовки, намазывать и скручивать в рулет – так что время поджимало.
Кошачий ребенок Соня уже устроилась на стуле и с интересом наблюдала за тем, как взбивается крем. Жужжание миксера ее, как ни странно, не пугало. Саня осмотрелся, пытаясь понять, куда ему приткнуться: один стул заняла кошка, на втором стоял противень с булочками.
"Женя старалась не смотреть на Саню, который так привычно расположился на ее кухне, как будто никуда и не уходил. У нее было дело – приготовить меренговый рулет, – а значит, неизбежный и пугающий разговор, за которым Саня сюда притащился, пока можно отложить. Крем был уже готов – нежный, плотный, приятного сливочного цвета, так что пора было вытаскивать меренгу.
Не переставая ругать себя, Женя вытащила противень из духовки, поставила его на стол, ловко перевернула готовый, слегка зарумянившийся сверху корж на лист фольги и быстренько распределила по нему толстым слоем крем.
– Подать малину? – спросил Саня.
– Да сиди уже, не дергай кошку, – отмахнулась от него Женька и сама достала ягоды из холодильника.
Работы почти не осталось. Разложить малину, посыпать дроблеными фисташками, осторожно скрутить корж, стараясь его не поломать – и все, рулет готов.
– Украшать будешь? – уточнил Саня, поглядывая на остатки крема.