Теперь я уже знала, что король и королева спят по отдельности, да и вообще живут по отдельности, и встречаются главным образом за завтраком – если у короля нет других дел на это время и других переговоров – и на тех придворных мероприятиях, где необходимо присутствие их обоих. Король постоянно занимался какими-то делами – принимал отчёты и доклады, слушал новости, совещался с министрами и советниками. Создавалось впечатление, что ему попросту не до королевы и не до сыновей. Сыновья были ещё совсем малы, ими занимался штат нянек и воспитатель.
В близком общении Мария-Кристина оказалась дамой строгой, сдержанной, набожной, кстати, ей пришлось сменить веру для того, чтобы заключить этот брак, она родилась протестанткой. Еретичка – так говорили о ней в простонародье. Но сейчас я видела, что она, по сути, самая обычная, и более того – весьма добродетельная женщина. Она честно выполняла всё то, что от неё требовалось – вышла замуж, родила наследников, на церемониях и праздниках выглядела достойно и царственно, а подвластная ей часть дворца работала, как отлично смазанный часовой механизм.
Впрочем, иногда она удостаивала меня личной беседы – мы говорили о детях, о том, как устроена жизнь в Анвиле и как она была устроена в доме отца Марии-Кристины, на её далёкой родине. Она выросла в семье простецов, и для неё оказалось тем ещё испытанием стать женой мага и матерью детей-магов.
Меня тоже отдали в руки искусных женщин-магов, знавших толк в уходе за собой – и мои волосы заблестели, из них делали прихотливые причёски, накрашенные глаза выглядели ещё больше и ярче, чем они были на самом деле, кожа рук стала необыкновенно нежной.
Королева танцевала хорошо, но без удовольствия. Читать она любила разного рода жизнеописания, и исторические сочинения.