Кто же, кроме него, мог подойти к нам в этом месте? Бедный сапожник! Мне стало по-настоящему жаль его, когда он увидел нас и понял, что спасал нас напрасно. Сперва он онемел, а потом как заорёт:
— Убирайтесь отсюда! Убирайтесь, пока я вас не убил!
Мы спрыгнули с камня и зашлёпали по воде к дороге. Там мы подхватили свои чулки с башмаками и бросились наутёк. А туфли Агды так и остались лежать на камне. Сапожник долго кричал нам вслед, что и в Бюллербю достаточно места, где можно шуметь.
Больше мы нигде не задерживались.
Когда я закончила свой рассказ, мама сказала:
— Вот теперь я понимаю, почему вы приходите из школы так поздно.
А Лассе пошёл к Агде и сказал ей, что завтра она получит свои туфли, которые сапожник только что починил. Они хранятся в надёжном месте. Пусть не беспокоится, за ночь они никуда не денутся.
Как мы вырывали Улле зуб
Однажды учительница спросила Улле:
— Почему ты всё время держишь палец во рту?
Улле смутился.
— У меня зуб качается.
— Ты его выдерни, когда придёшь домой, — сказала учительница. — Сейчас мы будем заниматься арифметикой, а завтра Улле покажет нам вместо зуба дырку.
Улле испугался. Он боится вырывать зубы, как бы сильно они ни качались. Я тоже боюсь, но всё-таки меньше, чем Улле.
— Чепуха! Вырвать молочный зуб ни капельки не больно, — говорит мой папа."
"Может быть, и не больно, но страшно. Мы получаем по десять эре за каждый зуб, который папа нам вырывает. Конечно, он вырывает только молочные зубы, но их вполне достаточно. По-моему, у человека всегда есть зубы, которые качаются. А вот Боссе совсем не боится вырывать зубы. Он привязывает к зубу шелковинку — раз, два, три! — и зуба как не бывало. Поэтому я считаю, что ему не следует платить по десять эре за зуб.
По дороге домой Улле дал нам потрогать свой зуб. Зуб очень сильно качался.
— Хочешь, я тебе его выбью и ты даже не заметишь? — предложил Боссе.
— Не хочу! — ответил Улле.
Он шёл мрачный и ни с кем не разговаривал.
— Подумаешь, так раскиснуть из-за какого-то молочного зуба! — сказала я.
Когда зуб нужно вырвать другому, а не тебе, всегда не страшно.
— Я знаю, что нужно сделать! — сказал Лассе.