Маркуша не пьёт, мы подбросим Милу до дома.
Демьян переводит на меня тяжёлый взгляд. Мне тут же становится неловко и даже страшновато. Этот мужчина пугал своей силой и энергетикой. Вот вроде ничего не делает, просто посмотрит без эмоций, а кажется, что в душу заглянул и все мысли прочитал. Особенно страшно становится, если вспомнить, что именно он сделал с отчимом Милы.
Я тут же потупила взгляд и замолчала.
— Ладно. Чтобы ни ногой из ВИП-ложа, — последние слова обращены к Милене.
— Задрал уже, — бурчит подруга, когда мужчина уходит.
— Ты сама его провоцируешь, — говорю я. — И у него ангельское терпение. Безграничное, честно говоря. Я бы тебя давно уже прихлопнула.
— А нефиг заявляться ко мне и говорить, что я его жена, — в помещении воцаряется гробовая тишина. — Что? — Мила так и не донесла кусок пиццы до рта. — Я сама была в шоке, — пожимает плечами.
Мы с Соней переглядываемся. Уже два месяца мы наблюдаем за тем, как Милена потихоньку ложкой выедает мозг Демьяну.
— И давно вы с ним женаты? — осторожно интересуюсь я, наблюдая, как Мила съедает очередной кусок пиццы.
Узнав её достаточно хорошо за два месяца, понимаю, что девушка жутко нервничает. Явно не хотела, чтобы Демьян уходил.
— Не знаю.
Артём и Марк взрываются хохотом, а Сонечка ручкой прикрывает рот, округляя глаза. Если бы меня спросили, как выглядит нежность и чистота, я бы без промедления указала на эту девушку. В каждом движении, в каждом взгляде женственность и мягкость. Они настолько разные с Артёмом. И настолько прекрасно смотрятся вместе. Но больше всего мне нравится взгляд Артёма направленный на свою жену.
И именно такой взгляд я вижу каждое утро, когда открываю глаза и Маркуша хриплым голосом шепчет:
— Доброе утро, жена.
Мы не стали устраивать пышную церемонию. Тихо расписались в ЗАГСе девятнадцатого августа, пригласив только самых близких людей. И сейчас я сижу в компании прекрасных ребят, которые стали мне близкими друзьями. Прижимаюсь спиной к груди Марка и наслаждаюсь тем, как его рука гладит мой пока ещё плоский живот.