На месте Маши сидела Ирина, толстушка из отдела кадров, она бодро печатала что-то на компьютере и одновременно разговаривала по телефону. Увидев Артура, махнула рукой, мол – садись, быстро закончила разговор и убежала в кабинет главврача. Вернулась, поманила медбрата рукой, подмигнула.
Артур зашел, в кабинете, кроме Лейбмахера, сидел еще один человек – лет восьмидесяти, почти лысый, сухощавый, в дорогом костюме и рубашке с золотыми запонками. Даже сидя в кресле, он опирался обеими руками на трость черного дерева с гладким каменным набалдашником.
- Вот, пожалуйста, - Иосиф Соломонович кивнул Артуру на кресло, - это и есть Артур Громов, наш медбрат. А это, Артур, друг твоего отца и одновременно мой близкий друг, Майер Викентий Павлович.
- Очень рад, - Артур вскочил, наклонил голову, сел обратно.
- Взаимно, - проскрипел старик. – Я с вашим отцом давно знаком, еще когда он курсантом был. А вот про вас, молодой человек, только сейчас услышал. Где же он вас прятал?
- Он сам от нас прятался, - Артур скромно улыбнулся, - до пятнадцати лет я и не знал, что у меня есть отец, а как мама умерла, он и появился.
- Вот как бывает, - старик пожевал губами, - знаете, юноша, я тут ложусь на обследование, зайдите ко мне после обеда, как-никак сын старого друга, хотелось бы познакомиться с вами поближе.
- Обязательно. Вы ведь на седьмом этаже будете лежать?
- На нем, Артур.
- Обязательно зайду, - Артур поднялся.
Майер глядел на него выцветшими глазами, не снимая рук с трости. Так что медбрат рукопожатия не дождался, поклонился коротко и вышел из кабинета.
- Бойкий молодой человек, - протянул Майер.
- И не говори, - Лейбмахер достал стаканы, бутылку. – Выпьем?
- Нашел что спросить, я же лечиться приехал. Вот анализы сдам, тогда и лекарство примем. Как твое впечатление?
- Не знаю, - главврач пожал плечами, - сам понимаешь, всякое навалилось. С Машей вот проблемы, Павел этот. Даже не пойму, радоваться или нет. Ты знаешь, что он внучку вылечил? Лева осматривал ее, сказал – чудеса."
"- Знаю, - Викентий Павлович погладил набалдашнк, - прям как Толя.
- Нет, - Лейбмахер помотал головой, - Толя такое не мог. Боль там головную унять или отек снять – да, а вот так, чтобы зажило за минуту, и близко не было. Говорят, он обьявился?
- Выдумки, - улыбнулся Майер, натянув на лице сухую кожу. – С того света не возвращаются. Ну я пойду, вечерком с тобой еще посидим. И подарок у меня есть для тебя, как раз вечером привезут. Нет, не проси, не скажу, это сюрприз.