— Молодцом! Завтра гипс плечевой снимем, швы затянулись великолепно! Думаю, надо пригласить пластического хирурга, чтобы он пошлифовал, убрал шрамчики мелкие от порезов. Ну, это на следующей неделе. И что?
— Что? — не поняла Дашка.
— Через недельку-дней десять — на выписку, красавица! Гипс с ноги, может, и снимем, осторожненько с головой, еще тяжело будет, такие сотрясения быстро не проходят. Ну, я тебе все подробненько распишу при выписке.
— В Италию можно лететь? — спросила Дашка с надеждой.
— Сбрендила? — по-простецки возмутился он. — Какое лететь? Какая Италия? Дома в кроватке, и по квартире чапать с повышенной осторожностью!
— Ну, дома так дома, — вздохнула Дашка.
Кстати, вопросец-то насущный! Бабушка с Лидией Ивановной вполне еще бодры и веселы, но не до такой степени, чтобы за ней плотно и постоянно ухаживать. Значит, придется Катьке в Москве сидеть. Фигово. Совсем Даше этого не хотелось.
Ну что ж! Домой доберется, там решит, что делать дальше.
И, радуясь хорошим медицинским новостям, Дарья погружалась в следующие воспоминания, как наяву.
Где-то через неделю после отъезда Власова Дарье позвонила начальница Татьяна Анатольевна, с ходу ошарашив напором, новостями и требованиями:
— Дарья, ты должна прилететь!
— Что, пожар на Спасской башне или матросы взяли Кронштадт? — заранее зная ответ, пыталась по инерции отшучиваться она.
— Что-то вроде этого, — не изменила деловитости тона Татьяна. — У нас большой заказ на выезд через неделю!
Они хорошо друг друга понимали, обоюдно уважали, являли прекрасный тандем и даже осторожно дружили, не переступая определенных рамок взаимного делового партнерства.
— Насколько большой? — смирилась с неизбежным Дашка.
— Летний лагерь детского дома, младшие группы. — И пожаловалась: — Черт знает где, Даш! Около пятисот километров от Москвы!
— А на фига так сложно? — включилась в проблему Даша. — Что у них там своих аниматоров нет?
— Да господь их знает! — сетовала Татьяна.