Когда Сашка рядом, нам не до сигарет, – сказал, как чувствовал, а Рыжий осклабился:
– Твою ж мать, Савин! Вот если бы не видел, что ты сейчас серьезен, поржал бы. Я знаю Чвыревых, – вернулся к разговору. – Виделись пару раз. Отмороженное дно, пешки средней руки. Самый грязный сбыт наркоты – по их части. С ними справимся, главное найти рычаг и прогнуть. В конце концов, ментов подключить можно. А вот о Тарханове слышал не много. Пока не ясно, что за птица, а значит, надо быть ко всему готовыми. Порасспрошу своих ребят, может, кто-то что-то и знает.
– Мне бы только Сашку увезти подальше от этих уродов и спрятать, и можно разбираться. Она у меня упрямая, непросто с ней. Не поверишь, каждый день боюсь, что сбежит.
Виктор Артемьев протянул руку и сочувственно похлопал друга по плечу. Рассмеялся.
– Эх, Савин, и кто из нас будущая рок-звезда? Столько девчонок вокруг, а ты «сбежит». Не мог себе попокладистей найти? Вот я найду, чтобы с руки ела и слушалась! Хватит с меня матери, возле которой весь дом вертится.
Пришла очередь Игната оскалиться в сомнении:
– Не зарекайся, Витька, а то найдешь такую, что будешь на поворотах хвост заносить. Или юбки гладить, как твой отец Карловне. Вот тогда и поговорим, какой ты мужик.
– Ха, дудки! Это не про меня, Савин!
– Ладно, посмотрим, – согласился Игнат. Сказал другу: – Я тут квартиру нашел в часе езды от города, так что через пару дней верну ключи от дачи.
– Да живите сколько надо! – заверил Рыжий. – Все равно мои нескоро еще вернутся.
– Нет. Я решил: перевезу Сашку. Нам свое жилье нужно. Постараюсь пока не привлекать внимания.
– А что с Suspense? – спросил парень. – Ты телефон отключил, даже Белый не знает, что и думать. Дрон носом землю роет, где ты и что. Он, можно сказать, золотую жилу нарыл, а ты его так обломал. Исчез.
– Сашка не будет со мной, если я брошу группу, так что с ребятами и Дроном я свяжусь. Пусть договаривается о записи в нормальной студии и о выступлении на нормальных площадках.
Рыжеволосый скептически вскинул брови.
– Значит, ей все-таки нужен парень-звезда?
Игнат отпил остывший кофе и отставил чашку в сторону.
– Значит, ты дурак, Рыжий. Но прости, объяснять не стану. Все равно не поймешь.
– Что ж, засчитано.
Они уже прощались, когда Игнат вспомнил:
– Кстати, Витька, я же тебе презервативы должен. Извини, пришлось порыться в твоей комнате. Некрасиво, но сам понимаешь, выхода не было. Хорошо, что ты такой запасливый.