На мгновение он выглядит как драчливый подросток. Вот дерьмо.
Он всматривается в мое лицо.
— Ты в порядке? — Спрашивает он наконец.
— Да, — Я потираю руку, пытаясь рассеять боль, и подношу мою руку к его груди. Моя рука пульсирует. Я никогда никому не давала пощечину ранее.
Что овладело мной? Прикосновение ко мне не было худшим преступлением против человечества. Не так ли?
Но в глубине души я знаю, почему я его ударила. Потому что я инстинктивно знала как отреагирует Кристиан, увидев как какой-то незнакомец подкатывает ко мне.
— Ты хочешь присесть? — спрашивает Кристиан громче пульсирующих ударов.
Ах, вернись ко мне, пожалуйста.
— Нет. Потанцуй со мной.
Он смотрит на меня бесстрастно, ничего не говоря.
«Прикоснись ко мне», — поет женщина.
— Потанцуй со мной. — Он все еще безумен. — Потанцуй, Кристиан, пожалуйста.
Толпа танцоров снова окружила нас, хотя существует двух-футовая запретная зона вокруг нас.
— Ты его ударила? — спрашивает Кристиан, стоя как вкопанный. Я беру его кулаки.
— Конечно. Я думала, что это ты, но его руки были волосатые. Пожалуйста, потанцуй со мной.
Кристиан пристально смотрит на меня, огонь в его глазах медленно меняется и развивается во что-то еще, что-то более темное, что-то более горячее.
— Ты хотела танцевать? Давай танцевать, — ворчит он в мое ухо, и в то время как он перекатывает свои бедра вокруг меня, я ничего не могу сделать, но слушаюсь, его руки удерживают мои за моей спиной.
Ох… Кристиан может двигаться, действительно двигаться. Он удерживает меня рядом, не давая мне уйти, но его руки постепенно расслабляются, освобождая меня.