Но главное – в данный момент мы обе трагично смотрели на туалет (если это можно так назвать!), который стоял на улице небольшим отдельным домиком и совсем не радовал дыркой в полу. А судя по запаху, это был не старый заброшенный клозет, а всемирная выставка ядовитых отходов на открытом воздухе.
Мы обе, переступая с ноги на ногу, судорожно решали – как поступить? Выехав сегодня рано утром из дома, мчались три часа по скоростному автобану, потом нам пришлось свернуть и четыре часа трястись по жуткой дороге, плутая по заброшенным проселкам.
– Я видела: где-то за домиком лопухи растут… – осторожно начала я озвучивать мысли о единственном пути к спасению наших измученных ожиданием тел.
Дашка раздраженно дернулась, стряхнула с себя оцепенение и безропотно потрусила на поиски максимально укрытого от стороннего взгляда местечка, при этом продолжая громко оправдываться передо мной:
– Ты же тоже видела проспект! Не виновата я в том, что они природный экстрим понимают в буквальном смысле этого слова!
Затем она, присев, скрылась в зарослях и уже оттуда возмущенно продолжила свои оправдания:
– Да еще за такие деньги! Вернусь обратно, я им офис по кирпичику разнесу, если они мне бабки не вернут, ворюги, хапуги, подонки…
Последовав ее примеру, попыталась вразумить подругу хоть немного:
– Ага! Они тебе потом в ответ за причиненный ущерб еще больший иск вкатят, чтобы из этого домика построить пятизвездочную гостиницу межгалактического уровня.
Из зарослей показалась Дашкина физиономия.