Не сомневается, что я легко поколочу Альрика. Латник не слишком высокого мнения о боевых навыках местных «партизан». Правда, его мнение основано на том факте, что самый авторитетный боец у них — это девушка. О том, что эта девушка в прошлом году простым ножом уделала пару ортарских солдат, этот вояка старается не вспоминать.
Впрочем, Альра сама говорила, что уникальна, значит, по ней судить обо всех нельзя.
Голова занята мыслями о предстоящем поединке — уж перед собой могу честно признаться, что опасаюсь неприятностей.
Надраенных?! Да они темные, будто обгорели! И не только у него! Ох я и слепец! Витаю в облаках, перед носом ничего не замечая!
— Дирбз, что это с вашими латами?
Вместо ответа сержант продемонстрировал наруч, добротно покрытый какой-то темной дрянью, а потом пояснил:
— В сарае, что у пристани, асфальта нашли немного, сварили лак из него и покрыли свои доспехи.
— Почему же раньше так не делали?"
"— Так асфальта не было. Его ведь из Межгорья привозят, добывают где-то на здешнем побережье. Хороший товар, отменного качества — помногу его берут солдаты. Но давно подвоза не было, сами понимаете. В прошлом году ждали караван отсюда, разобрали пластины, начистили заранее, сняв старый лак, чтобы хорошо легло новое покрытие, но не дождались — началась здесь заварушка.
Интересное дело — выходит, где-то в Межгорье есть источник асфальта. Если каша, в которую превратились мои познания при экстренной подготовке, не врет, то асфальт — это не что иное, как нефть, радикально окислившаяся в поверхностных условиях.
— Дирбз, а нефть межгорцы не продавали?
— И нефть продавали, бочками. Ее на пропитку факелов берут, но особенно на зажигательные снаряды для катапульт и огнебойных баллист. И для копий огненных она тоже нужна, против крупной погани. Не всякая, правда, годится для этого.