Дам себе послабку до дня рождения, когда исполнится 49, а после 1 июля разработаю программу строгой диеты, чтоб до конца года войти в норму. Это мне нужно не для того, чтоб прилично выглядеть на пляже в Дубултах, а для самоуважения. Висящее брюхо — распущенность. Пока же — исключительно в порядке психологического давления на себя буду раз в неделю взвешиваться. Сегодня, правда после новогоднего обжорства, я потянул — стыд и ужас — на 89 кг. Жирная свинья.
— Наконец взяться за спорт. Двадцать минут — по часам — делать зарядку и бегать в парке.
— Произвести техосмотр организма в поликлинике. Исправить мелкие неполадки. Заставить себя сходить к урологу, проверить простату. И наконец вылечить чертов кашель, которым я каждую ночь бужу бедную Тину.
— И это приводит меня к самому трудному. Тому, что откладывать до 1 июля нельзя. Мужайся, Рогачов. С сегодняшнего дня ты бросаешь курить. Последнюю папиросу ты торжественно выкурил вчера вечером, перед боем курантов.
3. Подписать договор на роман о Матэ Залке и получить под него командировку в Венгрию и главное в Испанию. Говорят, после восстановления дипотношений она открылась для посещения. Господи, несбыточная мечта всей жизни. Мадрид! Барселона! Гренада! Откуда у парня испанская грусть. Ради Испании можно и забабахать 18 печатных листов про средненького писателя, но героического интербригадовца.
Эту наполеоновскую программу я продумывал сегодня, сидя на торжественном собрании в СП. Странный, конечно, способ начинать новый год. Да и затея устроить 1 января бдение по поводу новогоднего обращения партии и правительства тоже в некотором роде беспрецедентна. Я бы, конечно, ни за что не пошел, но умный Ф. объяснил мне, в чем замысел секретариата.