На санях

Мама говорит: «Рождение — само по себе подарок».

— Такая уж это семья, не похожая на другие, — торжественно произнес Сова и подмигнул, что означало: «Ну, тебе и свезло». — Бляхин-фэмили!

ТУЧКОВ-ЧЕТВЕРТЫЙ

По вторникам только лекции, три пары: партсовпечать, научком и техгаз — «Теория и практика партийно-советской печати», «Научный коммунизм», «Техника газетного дела». Марк был собран, нацелен на решение поставленных задач. Самая трудная — наладить отношения с отчимом. После воскресной ссоры тот глядел волком, не обменялись ни единым словом.

Утром, когда Марк уходил в универ, отчим выглянул из кабинета, на «доброе утро» только хмыкнул, дверь закрыл. Надулся не на шутку. А надо во что бы то ни стало выяснить как можно больше про долбаного Панкрата Рогачова, нашего якобы дедушку. Кажется, это единственное, что Настю в нас интересует.

Всю первую пару Марк перебирал варианты.

Чистосердечное раскаяние с глубочайшими извинениями. Типа: простите засранца, папаня. Противно, конечно, но если ничего другого не придумается, придется.

Только надо заручиться артиллерийской поддержкой от мамы. Сначала поговорить с ней, душевно, о том, что он видит, как она мучается из-за этой хрени и ради нее готов сделать шаг навстречу, хотя отчим кругом неправ. Ей это понравится. Мирные переговоры вести в ее присутствии, никуда Рогачов не денется, сменит гнев на милость. А после этого раскрутить его на ля-ля про родословную — пара пустяков. Он обожает трындеть про революцию, про гражданскую войну.

В общем, к концу лекции продумал весь сценарий, по пунктам. И на второй паре переключился на другую тему, тоже головоломную. Как все-таки быть с подарком? Про «не надо ничего дарить» знаем, слышали. Все так говорят. А припрешься с пустыми руками, увидишь, как другие вручают букеты да свертки-коробки, и провалишься под землю от стыда. И так, поди, будешь на этом великосветском мероприятии самым замухрышным, в своем румынском кримплене и вельветовых самостроках… Но что если у них там, в бомонде, действительно такая мода — подарков не дарить, цветов не приносить? А тут явился ухажер колхозный.

И все будут переглядываться. Настя снисходительно скажет: «Очень мило, но я же просила…» Начнет вежливо разворачивать. Главное — какой к черту подарок, когда денег три рубля? Духи «Красная Москва» — тараканов травить? Цветы зимой купишь только на Центральном рынке, хватит на три дохлых тюльпана.