— Войди в кровь несчастных, что пали ради печати Твоей!
Чернеющая на камне кровь, которой мы с Алисой собрали литров тридцать, и которой я обильно оросил землю, засветилась. Вспыхнула черным пламенем, ярко осветив контуры печати. Теперь ее будет не так-то просто развеять. Можно приступать к ритуалу! Здесь, на поле боя, среди крови и смерти, в потоках разлитой в воздухе черной силы и в окружении сотен несчастных душ, стоя у самого портала, изливающего в наш мир саму Смерть, я был способен на многое. Например, докричаться до одной старой знакомой.
О, ты, живущая в темной пещере!
Скрытая в хаосе между мирами!
Та, что пьет из рек черной крови!
Та, что гложет кости великих!
Матерь чудовищ, рожденная древним!
Ты, кто не жива, но создаёт жизни!
Та, что есть и всегда будет!
Пошли мне, кого звали Аштаром,
Дар в знак связавшей нас клятвы!
Яви в этот мир свое порожденье,"
"И я угощу его черной кровью.
Я угощу его мертвой плотью
Тех, кто создан был мертвецами!
Я, Аштар, связанный с тобой клятвой и жертвой, призываю твое порождение себе в помощь! Яви же его, о, Королева Суда!.
И само время остановилось. Замер в небе Виктор, прикрывший Марию ледяным щитом от удара серой смертоносной глефы.
Замерла едва выскочившая из состояния телепортации Каховская, готовясь смять очередному Всаднику череп. Замерли сами Всадники Праха, перестала лететь к земле смертоносная пыль с копыт их коней.
А вот Бесплотный не застыл. Он начал медленно оборачиваться, явно что-то почувствовав.
— … ВОТ КАК, ЗНАЧИТ… — раздался бесцветный булькающий голос, звучащий словно одновременно повсюду и только лишь в моей голове. — НЕ ДУМАЛА, ЧТО ТЫ ВСЕ-ЖЕ ОБРАТИШЬСЯ КО МНЕ ЗА… ПОМОЩЬЮ. НО МНЕ ПРИЯТНО, ЧТО ТЫ ВНОВЬ ОБРЕЛ ПЛОТЬ, СМЕРТНЫЙ ЧАРОДЕЙ…
— Я не прошу у тебя помощи. — ледяным голосом ответил я. — И не собираюсь становиться твоим должником. Я предлагаю тебе сделку, раз уж ты соизволила ответить на мой зов.
— Я СЛЫШАЛА ТЕБЯ, КОЛДУН. НО Я ЧУВСТВУЮ ВОКРУГ ТЕБЯ НЕШУТОЧНУЮ ОПАСНОСТЬ. МНЕ НЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ ПОДВЕРГАТЬ МОИХ МАЛЮТОК НАПРАСНОМУ РИСКУ…
— Я выращу тварь, которую ты мне пошлешь, Королева! — быстро проговорил я. Бесплотный уже почти меня увидел, медлить нельзя. — Грядет новая великая война. И, раз ты ответила мне, смею предположить, что ты вновь останешься в стороне. Так пошли же мне… что-нибудь. Кого-нибудь.