Даже если обокраденный дядько и поднимет хай, милиции в этот час и в этой глуши он не отыщет. Да и преследователи вряд ли пересекутся с аборигеном, а если и допустить такой вариант — будет слишком поздно, мотоцикл, хоть и дряхлый, на пустой дороге давно уже выиграл фору…
Это был бешеный полет, стремительное скольжение меж сном и явью, посреди тугого ветра в лицо, холодной тишины. Не стало времени на рассуждения и мысли, он сосредоточился на одном — не сбрасывая скорости, проходить повороты, удерживаться на дороге, не словить колесом выбоинку…
И не сразу даже сообразил, что достиг цели: далеко впереди над огромным городом вставало бледное и высокое электрическое зарево, указывая на близость мегаполиса.
— Впечатления? — весело прокричал он.
Оксана зашевелилась, подняла голову:
— Слов нет…
— Штаны не мокрые?
— Нет вроде…
— Терпи, недолго… — проорал он. Вот оно, солидное кирпичное зданьице поста ГАИ на въезде в столицу. Ярко освещенное и пустое, как часто случается по ночам. Все. Слева, в отдалении, видны редкие огни Ратимовки…
Сбросив газ, Данил аккуратненько притер мотоцикл к обочине, не выключая, конечно, мотора, иначе пришлось бы снова возиться с проводами.
— Ты куда?
— Отлить от переживаний, — сказал он.
И почти бегом направился к огромной, памятной еще с советских времен, затейливой бетонной стеле, возвещавшей, что именно здесь и начинается древний город. Зашел за нее и, убедившись, что Оксана его не видит, ослабил пояс, залез в потайной карман джинсов, пришитый с изнанки, вытащил небольшой пистолет, надежную германскую игрушечку калибра 6, 35, в ближнем бою на короткой дистанции вполне убойную — при условии, что противник не располагает автоматами, а тоже пользуется лишь пистолетами…
Тщательно протер боевое оружие носовым платком, завернул в этот же самый платок, подумал секунду, хозяйственно запихал в образовавшуюся под бетонной плитой фундамента небольшую выемку, каблуком подгреб рыхлой земли.