Особенно если вспомнить историю с госпожой Дюкановой и акционерным обществом «Цехин», всю эту печальную эпопею с трупами, жутчайшими непонятками, вроде бы недвусмысленно просматривавшимися кознями коварных конкурентов… Действительность оказалась примитивной до омерзения: стареющая баба, набитая зелененькими, возжелала ближнего своего, который ее вовсе не желал; упорно не хотела верить, что ее дряхлеющие телеса парня не возбуждают, заказала каким-то отморозкам его молодую жену, киллеры оказались дурными и косорукими, появились незапланированные трупы, и как следствие все запуталось чрезвычайно.
"Почему бы и нет? У очаровательной поблядушки Оксаны был еще один хахаль, оскорбленный до предела самим существованием Климова.
Могло быть и так. Но не обязательно — было. Черт, мало дельной информации, мало…
— Квартиру опечатали? — спросил он.
— Что? А… Нет, ничего такого. Но большая комната в та-аком виде…
— Это хорошо, — задумчиво сказал Данил. — Не то хорошо, что комната в жутком виде, а то, что не опечатали.
— А потом?
— А потом останешься там ночевать. Надо же тебе где-то жить? Другой жилплощади-то у тебя не имеется…
— Там?!
— А что? Вторая комната, как я понимаю, цела? Завтра утром найдем стекольщика, приведем окна в божеский вид…
— Я не могу, страшно…
— Сможешь, — с ласковой угрозой сказал Данил, взял ее двумя пальцами за подбородок, приподнял голову. — Сможешь, радость моя. Не брать же тебя в мой гостиничный номер? За проститутку примут, двух мнений быть не может.
— Можно же снять мне номер…
— Можно, но не нужно. Мне-то как раз нужно, чтобы ты пожила в квартире.
— А если опять придет… этот?
— Тот, что тебя вербанул? Это было бы и вовсе прекрасно. Чертовски хочу с ним познакомиться, хоть пока и заочно… Вера, не трясись, как овечий хвост.
Вечерком, когда стемнеет, к тебе обязательно постучится приличный, интеллигентного вида человек. И тихонечко поживет какое-то время.