Даня, активно жестикулируя, что-то рассказывал девчонкам, а те заливались громким противным хохотом, как крикливые чайки на набережной. Мы с Иркой так и топтались под липами.
– Что он там десна сушит? – проворчала подруга. – Почему не идет к нам?
– Да выбрось ты эту палку! – выдернула я из Иркиных рук прутик, облепленный муравьями.
– Разве он не знает, что эти курицы – наши враги?
– Думаю, у парней все немного по-другому устроено, – ответила я. – И пофиг твоему Дане на наших врагов.
Тут на крыльцо выплыла Соболь.
– Долго он будет с ними любезничать? – вскипела Ирка. – Я жрать хочу! Ключей нет.
– Твой брат, ты с ним и разбирайся, – вздохнула я. Если честно, тоже бы уже отправилась домой.
Ирка так пронзительно свистнула, что стайка воробьев вспорхнула с соседней клумбы. Даня с недовольным видом развернулся в нашу сторону, а Соболиха впилась в меня злющим взглядом, будто это я отвлекла их от беседы.
– Чего тебе? – не слишком вежливо выкрикнул Даня.
– Ключи дай! – проорала Ира.
Даня вздохнул, бросил еще что-то напоследок одноклассницам (те снова счастливо разулыбались), и спустился с крыльца.
– Наконец-то. Разродился! – проворчала Ира, хватая с асфальта темный рюкзак.
– Чего вопишь на всю улицу? – подошел к нам Даня.
– Если и дальше собираешься с этими инфузориями ворковать, то просто отдай ключи от дома. Или пошли с нами, есть хочу, сил нет!
– Тебе лишь бы брюхо набить, – проворчал Даня, тем не менее, направившись к воротам.
А Ирка уже привязалась к Дане:
– Как думаешь, сильно нашей Вере влетит от Соболь?
– А что такое? – заинтересовался Даня.
– Ир-ра! – рыкнула я, догоняя подругу и ее брата. – Зачем его посещать в такие глупости?
– Какие глупости? Расскажите! – потребовал Даня.
– Пф, кто эту кулему из отряда куньих вообще боится! – фыркнула я, впрочем, без особой уверенности.
– Они не поделили Марка Василевского! – выдала Ира.
– Этого пижона? – поморщился Даня. – С модной укладочкой и в стеганной курточке «Барбур»?
– Ты его не любишь, потому что он в нашем классе занял твое место! – тут же ядовито отозвалась Ирка.
– Вообще пофиг! – запротестовал Даня.