Он пошел к ней, но либо оказался не в меру решительным, либо Лайза Стэнфорд инстинктивно почувствовала опасность. Она вздрогнула, отступила на шаг и исчезла так быстро, словно ее никогда здесь и не было. Джон побежал. Он повел себя слишком неосторожно. Эта женщина жила в страхе быть разоблаченной, окруженная тысячью невидимых радаров, установленных вокруг нее во всех направлениях. Она сразу поняла, что на нее кто-то нацелился.
Джон остановился, когда больше не мог ее видеть. Это сводило с ума. Она была здесь, только что.
"Но что толку злиться на самого себя… Джон попытался успокоиться и собраться с мыслями. Если она приехала на машине, то наверняка припарковала ее на одной из прилегающих улиц. И это означало, что ей придется выехать на Хай-стрит, поскольку большая часть улиц в этом районе с односторонним движением.
Джон побежал к своей машине, которую оставил в ближайшем переулке в запретной для парковки зоне. Прыгнул за руль, проехал вперед как можно дальше, чтобы увеличить обзор, и остановился. Если б Лайза появилась, он непременно ее увидел бы. Джон надеялся только, что сзади не возникнет кто-то, кто захочет его обогнать, потому что тогда ему придется проехать еще вперед. Поэтому он не мог долго ждать Лайзу Стэнфорд.
Он вглядывался в каждую машину, появлявшуюся слева, наклоняясь вперед, как будто стремясь пролезть взглядом в салон. Хорошо, что не было снегопада – редкий день для этой зимы. В вечерний час пик машины буквально липли одна к другой, и в распоряжении Джона были считаные минуты.
И в этот момент он увидел ее. Маленькая синяя «Фиеста», за рулем которой сидела женщина в темных очках и надвинутой на лоб шапке. Казалось, она полностью сосредоточилась на дороге. Следом, почти вплотную, ехала другая машина. Встревать между ними было смелым решением, но ничего другого Джону не оставалось.