«Джиллиан в опасности?» – спросил Самсон, и Джон дал не очень обнадеживающий ответ: «Не знаю». Когда же Самсон поинтересовался, не исходит ли опасность от Тары, Джон выдал нечто еще более неопределенное: «Надеюсь, что нет».
Час от часу не легче…
Тара. Самсон так ничего и не понял из того, что видел собственными глазами. Джон разговаривал по телефону – и подскочил как ужаленный, когда всплыло имя Тары Кейн. Он что-то говорил о связи, которую они так долго искали, и все это имело какое-то отношение к жене Благотворителя Стэнфорда.
Он попытался вспомнить Тару Кейн, которую видел всего пару раз, когда она навещала Джиллиан. С первого взгляда было ясно, что женщины – близкие подруги. Они приветствовали друг друга без тени восторженности, с интимной доверительностью, которая делает излишней громкую суету. Тара нравилась Самсону, ревниво оберегавшему им самим же созданный образ Джиллиан и ее семьи. Нерушимость этого образа являлась священной, и было важно, чтобы лучшая подруга идеально в него вписалась.
С Тарой Кейн в этом отношении никаких проблем не возникло. Она сразу произвела на Самсона самое благоприятное впечатление и, что особенно важно, идеально подходила Джиллиан. Умная, элегантная, она никогда не вела себя вызывающе – не кричала, не размахивала руками и не красилась так, чтобы это бросалось в глаза. Иногда приезжала прямо из офиса, в шикарном брючном костюме – но могла заявиться и в кроссовках, джинсах и свитере.
«Подходит, – так думал о ней тогда Самсон, – с ней всё в порядке.
Исходила ли опасность для Джиллиан от Тары? «Надеюсь, что нет», – сказал на это Джон.
Джон сказал, что Джиллиан переехала к Таре. Это как раз неудивительно. Для нее должно быть кошмаром вернуться в дом, где был убит ее муж. И все же она предпочла Тару Джону Бёртону.