Я тебе такое устрою — на всю свою вечность запомнишь ведьму Сиггун. Где тут валялась книга заклинаний?
Четверник
02:34"
"Спать хочется… Луна так умиротворяюще светит, волки воют где-то в лесу, ветер скрипит ставнями.
Сижу на полупустом чердаке и изучаю книгу заклинаний. Все, что не выбросила, — это кровать, стол у окна, покосившаяся табуретка, подсвечник и шкаф, который я хоть и с трудом, но поставила на ножки.
Вокруг меня разные колбочки, баночки, пять огарков свечей. Читать при свечах — занятие то еще, но эти горят ярко, и шрифт вполне себе различим.
Посмотрим…
Вот это, кажется, то, что мне нужно. Вожу когтистым пальцем по прыгающим строчкам. Кажется, их писали кровью. А может, и нет.
В окно залетел эльф, сгибаясь под тяжестью небольшого мешочка. Мешочек спрятал под кровать, после чего подошел ко мне и внимательно осмотрел.
— Крови дай.
Нервно кошусь на мелкого вампиреныша.
— Бе-э.
— Это «да»?
Он меня укусил. Сжимаю зубы, но терплю. Укусил, кстати, за шею. Сказал, что там кровь вкуснее.
Та-ак… «заклятие обволосения». Или все-таки поноса? Есть еще стишок, который, судя по картинкам, должен превратить мертвеца в девушку — юную и прекрасную, как майская роза. Представляю некроманта, утром обнаружившего наличие груди и роскошной блондинистой шевелюры. Не, он меня потом точно в лягушку превратит. И сварит. Надо что-то попроще, и чтобы на меня не подумали.
04:34
Только что сообразила — выговорить заклинание не смогу. Мое «Бе-э» ничем помочь не может.
05:14
Прокравшись в спальню мага, вылила ему в стакан с челюстями две ложки зелья. Рецепт чего-нибудь страшного я так и не нашла. Да и спать охота. Так что смешала все, что было, в разных пропорциях. Ну а что? Помереть уже не сможет — и так труп. Пусть хоть изжогой помучается, что ли.
На секунду залюбовалась спящим «трупом». В принципе… если не обращать внимания на цвет кожи, сальные волосы и лицо, в целом — сложен он был неплохо.
Снова кошусь на стакан с челюстями. А может… ладно? Ну не убил же он меня. Потом небось расколдует. Наверняка.
Вылила зелье из стакана, ополоснула челюсти в стоящем в углу ведре (налив воды из него же), и вернула все на место. Со спокойной совестью ушла, тихо цокая копытцами по деревянному полу.