Обычные меры предосторожности. Но меня снабдили книгами, чтобы я окончательно не заскучал. По выращиванию чая и хлебопечению. То ли птаха решила, что мне это интересно, то ли так изощренно смеялась надо мной. Ничего, позже я разберусь с наглой девчонкой.
Когда я начинал зевать над способами кормления закваски или методами сбора первых чайных листочков после зимы – приступал к физическим упражнениям. У меня не было больше причин быть не́мощным и недееспособным. По первости было больно и тяжело так, что пот лился ручьями и сердце гулко заходилось в груди.
После обеда пигалица приходила уже одна. Со своей скрипкой. Бесстрашная глупышка.
Как оказалось, девчонка обладала отличным музыкальным вкусом. И талантом. Трудолюбия и упорства в ней точно было немерено. Хорошая девочка. Я знал, что мне нравятся такие. Со стержнем внутри.
Я слушал музыку, которую она извлекала своим необычным инструментом. И Поглощал местный улун, неожиданно открывшийся для меня.
Так я и терпел ее болтовню. Почти ни о чем по большей части. Ценных све́дений я не узнал, кроме некоторых мелочей.
"Но информации по производству чая и его ферментации было вдоволь. А также о выращивании трюфелей, особенно очень дорогих синих. Чем ценных птичка еще не призналась, наверное и это секретная информация. Но я узнал, что именно с целью их выращивания Морелли и основали Мару. Бизнесмены во многих поколениях. Неудивительно, что единственная дочка хозяина со своей любовью к музыке и скрипке не вызывала восторга, а только отеческое смирение.
Я осторожно выяснял интересующие меня вопросы, постепенно выстраивая картины в голове, латал пробелы и анализировал.
А еще мне нравилось, что я не один. Так просто. Нравился высокий звонкий голос юной госпожи Мары. Настоящая птаха.
Погода замерла на текущей точке. Я все чаще выходи́л наружу, дышал свежим воздухом. Перенес часть своих тренировок на улицу, уже не боясь замерзнуть или повредить тонкую кожу.