Или по иным неизвестным мне причинам.
В следующую секунду она гордо взметнула подбородок и выдала высокомерно, чеканя слова:"
"– Кто ты и что делаешь здесь?
Ни капли страха. Пигалицу не испугал ни мой хвост, ни изуродованное лицо, ни то, что я был явно крупнее ее и смотрел сверху вниз. Одним уцелевшим глазом.
Внутри меня вспыхнуло раздражение. Как девчонка смеет в таком тоне обращаться ко мне? И я тут же остыл, пораженный догадкой. Похоже, не привык к подобному обращению?
– Немедленно отвечай, или я позову охрану! – угрожала мне она и, даже казалось, стала выше ростом.
Порази меня, Индра! Я весело хмыкнул, впервые улыбнувшись, находясь здесь. Кожа лица тут же натянулась, вызвав рык из моего горла.
Пигалица, не растерявшись, уткнула конец смычка мне в грудь, ощутимо кольнув. Ее темная бровь выжидающе поднялась. Золотисто-карие глаза смотрели прямо, нетерпеливо.
Мне понравилась эта боевая птичка.
– Совсем не помню, кто я, – глухо произнес я, впервые подав голос. Мне не с кем было говорить раньше. – Упал на корабле, он ниже по течению этой реки, в двух днях пути.
Девчонка опустила свое оригинальное оружие, подойдя ближе. Она сумасшедшая или настолько бесстрашная? Внимательно разглядывала мое лицо без тени брезгливости. Осмотрела тело. Когда опустила глаза до уровня пояса, неожиданно покрылась румянцем.
Я едва сдержал повторный хмык. Почему-то я был уверен в направлении ее мыслей.
Девчонка быстро собралась, вернула взгляд к моему лицу и четко приказала:
– Жди меня здесь, шайрас! Тебе нужен врач. Я приведу его, – и резко развернувшись, скрылась в тумане, оставив меня в растерянности.
Анализируя произошедшее, подвел некоторые итоги. Первое: я точно не привык, чтобы мной командовали. И второе: не приведет ли девчонка вместо целителя свою охрану, которой угрожала ранее?
Глава 3.
Я затаился рядом с тем местом, где меня оставила дамочка с генеральскими замашками. Надежно укрылся в тени старого дерева с высокой корневой системой, а вездесущий туман создавал дополнительную завесу от посторонних глаз.
Прошло не так много времени, по внутреннему чутью минут сорок, как боевая птаха вернулась. Я даже устать не успел. Но успел, пока ждал, обдумать важное: люди знают о нас.