К тому же я видела, как загорелся в его глазах алчный блеск, едва его величество пожелал осмотреть мои владения, да и Мартин, сын гончара, который пожелал на меня работать, сообщил о том, что несколько стражников под благовидным предлогом разбрелись по территории усадьбы.
Мне не жалко, пусть рыщут. Завод и типография надежно спрятаны в скалах. Им не найти.
Пусть ищут. Пусть роются в каждом уголке. Они найдут лишь то, что я им позволю найти. А истинные сокровища, истинная сила, скрыты глубоко, в самом сердце скал, в самом сердце моего дела.
— Тише, дитя мое, — участливо похлопал по моей руке дедушка Надэи. — Тебе нельзя волноваться, да и нам пора возвращаться домой.
Одной фразой, сказанной с заботой и переживанием о моем состоянии, его величество поставил своего советника на место.
— Благодарю, ваше величество, — с облегчением выдохнула я и склонилась в поклоне.
Обед прошел в гнетущей тишине. Никто из советников, сопровождавших императора, больше не проронил ни слова. Но я чувствовала, как постепенно надо мной сгущаются тучи, как как невидимая петля затягивается вокруг шеи. Каждый взгляд, брошенный в мою сторону, был полон скрытого смысла, каждый вздох казался предвестником бури.
Я смогла выдохнуть лишь с их отъездом из Шорхата. Нет, дедушку Надэи я рада видеть на своих землях, но только без прилагающейся к нему свиты. Теперь, когда пыль от копыт их коней осела, а эхо их голосов затихло, я почувствовала, как в груди разливается тепло. Снова можно было дышать полной грудью, не боясь сказать что-то не то, не боясь показаться недостаточно хорошей.
Следующие полгода прошли в приятных хлопотах. Школа не только приняла новых учеников, но и пополнила штат новыми учителями, преданными своему делу. Теперь в ней учились дети всех возрастов, начиная с семи лет. Как и было обговорено ранее, учащиеся были поделены на классы в зависимости от возраста и базовых знаний."
"Мой завод тоже не простаивал ни дня.