Настой оказался горьким и противным, но я выпила его залпом, стараясь не думать о том, что он делает с моим телом, с моей связью с Лалией. Перевязанная грудь ныла и болела, напоминая о невыполненном долге.
Вечером, перед сном, я долго сидела у кроватки Лалии, наблюдая за ее мирным сном. Ее маленькое личико было таким безмятежным, таким невинным. Я нежно поцеловала ее в лобик, стараясь запомнить этот момент навсегда.
Утром, когда солнце только начинало подниматься над горизонтом, я покинула замок. Матушка стояла у ворот, провожая меня строгим взглядом.
Дорога до Саркота была долгой и утомительной. Если на территории Юраккеша все было спокойно и безмятежно, то вот такого я не могла сказать о самом Саркоте, благо Николь заранее позаботился о моей безопасности и выслал на встречу вооруженную охрану.
Портальная арка Саркота, как и в Вилонии, находилась далеко от столицы. Здесь же она была возведена чуть ли не у самых границ с Юраккешем и сопровождающие меня воины, несмотря на их старания, не смогли защитить меня от ужасных зрелищ опустошенной земли.
Уставшая и морально вымотанная, я прибыла в главный город некогда величественного Саркота. Не желая предстать перед мужем и императором в неподобающем для леди виде, я решила передохнуть один день в родовом замке истинной Надэи.
Это и стало моей ошибкой, едва не приведшей меня к смерти…
Глава 31
Тремя неделями ранее
Лалия никак не могла уснуть на обеденный сон, и все из-за зубика, который решительно отказывался прорезываться вот уже пятый день. Она то и дело совала в рот свой кулачек в надежде расчесать десну, но этим делала только хуже себе.
Я, измученная бессонными ночами и отчаянием, перепробовала все известные способы. Деревянные игрушки для жевания, которые она с энтузиазмом грызла, но лишь на пару минут. Сухарик, который она с удовольствием мусолила, пока не начинала давиться крошками.