- Нет ничего постоянного, всё пребывает в состоянии бесконечных перемен, - пробормотала Соня, отворачиваясь к окну.
Оставшуюся дорогу до больницы, она так и не посмотрела на него. Пульнула многозначительную цитатку, а он тут теперь сиди и думай, чтобы это значило?
Ну и к лучшему, наверное, это было. Крис лишь сильнее сжал руль, чувствуя неприятную горечь во рту от реакции Сони, от собственных слов. Почему-то они казались ему фальшивыми. Будто старое заученное стихотворение, которое он привык повторять слишком долго и слишком часто.
В больнице они быстро сдали Сэма на руки специалистам. Растерянная Соня осталась стоять посреди холла, пока Крис разговаривал с доктором. Он пока не до конца понимал, надо ли сообщать родне Сэма о его состоянии. Наверное, результаты обследования скажут точнее, требовалось это или нет.
- Он стабилен, мы возьмём необходимые анализы и проведём более детальный осмотр. Через час-полтора будет полная картина, - заверили его, и Крис кивнул, отходя к Соне.
Она в своём розовом платье и короткой тёмной кожанке была словно инородный цветок в стерильном безликом мире безнадёги и отчаяния.
Крис ненавидел больницы. С тех пор как Фло прописали сюда в постояльцы. Вначале ему казалось, что сестра быстро придёт в себя, восстановится. Теперь же после двух лет пребывания в стационаре надежды на чудесное исцеление таяли. Он подспудно это понимал, хотя и отрицал с горячим отчаянием. Если бы мать не ставила палки в колёса… За что? За что, бля?
Соня развернулась к нему и сделала шаг навстречу.
- Крис?
- Персик? – с мимолётной улыбкой бросил он.
Но Сэм был здоровым молодым конём, единственной проблемой которого являлось собственное желание топить печаль в пороке и слабостях.
А Фло была беззащитной и хрупкой, уже надломленной, и ей без его помощи не обойтись.
Поддавшись импульсу, Крис схватил Соню за руку и потащил за собой в соседнее крыло больницы.
Он и сам до конца не знал, зачем это делает.
24
Соня даже не спрашивала Криса, куда он её ведёт, лишь понимала, что они перемещаются в другое отделение больницы. Она раньше здесь не бывала. Обычно визиты к Еве ограничивались её кабинетом и больничным двориком, либо просторным залом на случай непогоды. Хотя Ева всегда предпочитала проводить свои сеансы групповой арт-терапии в солнечные дни.