Более миллиона предметов, имеющих историческую ценность. В выходные дни, когда структуры не работают, здесь проводят экскурсии для детей и взрослых.
- Что ж, ведите меня дальше, - и направилась к резной стальной двери.
Фаст подошел к ней и открыл створки. Несмотря на кажущуюся монолитность, дверь открылась легко. Они прошли внутрь, и перед ними предстал огромный зал, похожий на амфитеатр. В центре находилась тумба, огороженная стеклом, видимо, предназначенная для ответчика. По кругу, метра полтора над полом , располагались кресла для судей.
- Это что, столько народу бывает на слушаниях?
- Иногда народ толпится и за дверью. Но, думаю, сегодня будет не так много зрителей. Преступление не столь серьезно, - ответил Фаст.
Он взял Кейси за руку и повел куда-то наверх по маленьким дорожкам между кресел. Усадил ее в удобное высокое кресло. Она почувствовала и оценила его мягкость и уютность. Мужчина сел справа от нее.
Они уселись как раз вовремя, ибо через несколько минут в зал вошли судьи. Затем леди Файстол с сопровождающими, которые прошли на места слева от них.
- Справа ответчики, слева обвинители.
- Так просто.
В зале были еще альданцы, они сидели выше. Кейси осмотрела зал и увидела родителей Фаста.
- Смотри, - она показала наверх.
- О, они уже прибыли. Думал, отец все-таки откажется. Мама очень впечатлительная, будет волноваться.
В какой-то момент наступила оглушающая тишина. Центральный судья, мужчина в годах, огромный, как и все альданцы, с цветным Урейгом на пол лица, объявил.
- Встать. Суд идет.
Девушка умиленно вздохнула, все прямо как у них.
Глава 18 Совершенная система и примирению все же быть."
"На место ответчика сначала зашел представитель леди Файстол. По просьбе судьи он зачитал выдержки обвинения. Его обстоятельно расспросили, рассмотрели все доказательства.
- Это же бред.
- Спокойно, согласись, все выглядит гладко. И то, как вы там кричали, свидетели показали, ссора была, крики были. Вот только никто им не задал вопрос. А именно: кто кричал? А адвокат ловко подвел к тому, что это вы. Давайте посмотрим дальше.
А дальше были зачитаны взятые из контекста разговора выноски и представлены как прямые оскорбления.