Он вспомнил автомобильный парк, недавно построенный аэропорт и высококвалифицированных инженеров, которых он нанимал для исследования возможностей создания экологичного транспортного сообщения в стране.
— Теперь ты оскорбляешь мою страну, — гневно констатировал он. — То есть мою честь.
— Именно это ты сделал со мной!
— Я лишь говорил правду. Ты же в свою очередь позволила себе суждения о моей стране, не зная о ней совсем ничего."
"— Да, это тяжело принять. Но попытайся. А теперь, если позволишь, я бы ушла.
Неужели это ее настойчивая враждебность заставляет его чувствовать нарастающее возбуждение? Женщины никогда не разговаривали с ним подобным образом.
Участие в военных действиях является серьезным испытанием для любого мужчины, и одним из самых сильных является отсутствие секса. Хасан так долго сублимировал свой ненасытный аппетит в военную агрессию, что это практически стало привычкой. В какой-то мере ему это нравилось: осознавать, что он достаточно силен для того, чтобы побороть плотское влечение. Но как он мог позабыть о том удовольствии, которое сулит ему ночь с женщиной?
Хасан посмотрел по сторонам.
Ярость отступила, осталось лишь ослепляющее желание. Он вспомнил, как яро она защищалась, как нападала на него сама, и его сердце бешено заколотилось. Он страстно желал подчинить ее. Услышать, как она умоляет его взять ее, укрощенная желанием познать удовольствие.
Хасан опустил взгляд и медленно улыбнулся, уверенный в том, что женские мысли для него — открытая книга.
— У тебя болят ноги, — мягко заметил он.
Элла широко распахнула глаза, удивленная неожиданным поворотом сюжета. Он прочитал ее мысли?
— Мои туфли меня убивают, — честно призналась она.
— Так сними их. Ведь так поступают Синдереллы?
Слова прозвучали настолько сексуально, что Элла хотела возразить, но потом передумала. Многие женщины снимают туфли на вечеринках.