Мне никогда прежде не было так страшно. И я понял, именно в эту минуту понял, что готов на все ради своей семьи. Только бы все были здоровы. Ведь в жизни не может быть ничего дороже родных и их благополучия.
Уже скоро в коридоре клиники появились родители и Виталинка. Меня трогать не стали, за что я был им очень благодарен. Говорить что-либо желания не было, я ждал лишь того, когда ко мне выйдет врач и скажет, что с Мией и ребенком все в относительном порядке.
Я понятия не имею, из-за чего произошла такая ситуация.
Ожидание просто убивало.
Когда я уже был на грани, и казалось, что еще минута и сойду с ума, наконец-то из операционной вышел врач-гинеколог. Он стянул маску с лица и уставшим взглядом посмотрел мне в глаза.
— Ну? Не молчите? — поторопил его я, ненавидя в этот момент секунды ожидания.
— Ваша невеста в стабильно-тяжелом состоянии. Она пока без сознания. Просто организм слишком повержен.
— Вы о чем? А как малыш? С ними все будет хорошо?
— Никита, верно? — уточнил он, только мне не было никакого дела до фамильярностей.
— Да.
— Пациентка в очень тяжелом состоянии, и это еще повезло, что она жива. Извините, но ребенка спасти не было не единого шанса.
— Вы сейчас шутите? Вы шутите? — заорал я, словно шальной глядя в его глаза.
— Успокойтесь! — успокоиться? Они что с ума по сходили? Моя девочка там без сознания.
— Пустите меня к ней!
— Сын, послушай.
— Папа, мне нужно ее увидеть. Зачем вы меня обманываете? Пустите!
Но меня крепко зафиксировали руки отца, и я попросту не мог выбраться. Моя девочка, ей больно, ей плохо, она там одна. А я здесь. Я нужен ей. Нужен именно сейчас.
— Пустите, — прорычал словно раненый зверь, ощущая, как внутри все горит от боли.