Я таяла от нежности Крама, и желала всегда быть в его руках. Он словно услышал мои мысли, перехватил инициативу в свои руки. Обнял меня и жадно поцеловал, языком размыкая губы и вовлекая в страстный танец мой язык. Безумное ощущение от его ласки, внутри все горит огнем, а между ног пульсирует сладкой негой. Кто бы знал, как я сейчас хочу этого мужчину, а понимание того, что секс под запретом, лишь еще больше распаляет мое желание.
Руками взялась за его лицо, и разорвав жаркий поцелуй, принялась целовать щеки, подбородок, скулы, я вдыхала его запах и рвано целовала все лицо.
Переместив руки на грудь, я спустилась еще ниже, и пальцами подцепила края свитера, собираясь его стянуть с сексуального тела.
— Не делай этого, — как-то загадочно и в то же время с толикой смеха попросил он, а я продолжала целовать его лицо.
— А если я тебя не послушаюсь? — прошептала между поцелуями, и с напором стала заваливать мужчину на постель.
— Тогда я перекину тебя через колени и отшлепаю по попке, — прошептал томным голосом на ухо, и слегка прикусил мочку, от чего я вздрогнула и улыбнулась.
— Совершенно не напугал.
— Эх, а я так старался. А если серьезно, любимая, я боюсь не сдержаться. Ты для меня самая соблазнительная женщина, а у меня на минутку очень давно не было секса.
— Прости, больше не буду тебя соблазнять.
— Это я постараюсь тебя не соблазнять. По крайней мере пока тебе нельзя заниматься сексом.
— Рр-рр… Никита!
— Чего?
— Из твоих уст слово «секс» звучит возбуждающе, и мне становится жарко, — прорычала я, понимая, как сильно изголодалась по своему мужчине.
— Ну я могу тоже самое сказать про твое присутствие.
— Любимый мой, — протянула я, и руками обняла его шею.
— Жопа синяя будет. И так, расскажи, чем сегодня хочешь заняться?
— На лыжах уже поздно кататься?
— Угу. Завтра с утра поедем. А вот в кафе на ужин сходить могли бы, а потом по вечернему городу погулять.
— Тогда сразу нужен душ и утеплиться.