Не сводя глаз с Энтони, Изабелла затаила дыхание, не в силах угадать, что он затеял. Герцог стоял неподвижно, обводя своими темными глазами зал. Он встретился с ней взглядом. Энтони держался с уверенностью настоящего герцога, но Изабелла не верила в его спокойствие, – его волнение выдавало то, что он едва заметно раскачивался с пятки на носок. Энтони нервничал так же, как и в ту минуту, когда они приехали сюда, возможно, даже сильнее, потому что сейчас он стоял на виду у всех и взгляды присутствующих были прикованы к нему.
Сердце Изабеллы затрепетало. Ей хотелось вскочить и броситься к Энтони, поддержать в его смелой попытке выступить перед собравшимися. Он делал это ради нее. Изабелла никогда не думала, что сможет полюбить его еще сильнее, но ошибалась, – этого самоотверженного поступка оказалось достаточно, чтобы растопить ее сердце. Однако, когда девушка инстинктивно подалась к нему, он едва заметно качнул головой, чтобы ее остановить.
– Удивительно, как быстро распространяются слухи, – сказал Энтони, оглядывая собравшихся перед ним людей. – Особенно когда они порочат кого-то, являясь порождением людской злости. Кто-нибудь из вас потрудился разобраться? Насколько я понимаю, многие из вас знакомы с мисс Чилкотт лично. Неужели вам не приходило в голову, что такая скромная, порядочная девушка не могла погрязнуть в грехе? Да, ее семья переживает трудности, и она надеялась выйти замуж за мистера Робертса, чтобы улучшить свое положение.
О боже!
Откуда же ему об этом знать? Изабелла ухватилась руками за скамью и, затаив дыхание, ждала, что Энтони скажет дальше.
– Я точно знаю это, – стальным голосом продолжал он, – потому что именно со мной она была на сеновале. Это был не какой-то там конюх или рабочий, как некоторые из вас говорят, а я, герцог Кингсборо.
Толпа ахнула, а потрясенная Изабелла продолжала сидеть, не решаясь повернуться и посмотреть на своих родителей, чтобы не видеть стыда в их глазах.