Скорее всего, она лишится чувств, услышав о том, что ее невесткой станет простолюдинка, а городские кумушки получат прекрасную возможность обсудить эту новость во всех подробностях. Тем не менее Энтони готов был заплатить такую цену.
* * *– Мисс, у вас есть минутка? – спросила Марджори, едва Изабелла успела вернуться домой из магазина.
Как обычно, Изабелла ничего не купила – она никогда ничего не покупала, ей просто нравилось рассматривать товары. А после того, что случилось вчера вечером, девушке необходим был глоток свежего воздуха.
И еще, разумеется, не стоило забывать о мистере Робертсе. Сегодня он должен прийти к ним на чай. Как она посмотрит ему в глаза, не чувствуя себя при этом самой презренной женщиной на земле? Он стоял у нее перед глазами: такой правильный, накрахмаленный, с чашкой чая в руке, не имеющий ни малейшего понятия о том, что девушка, на которой он намерен жениться, выскользнула тайком среди ночи из дома, пешком прошла через весь городок, поцеловалась с герцогом и – что самое прискорбное – влюбилась в него.
Изабелла отмахнулась от этой мысли и посмотрела на служанку.
– Конечно, – ответила девушка.
Ее любопытство стало сильнее, когда Изабелла заметила встревоженное лицо служанки.
– Пойдем со мной.
Они вошли в гостиную. Изабелла села, а Марджори продолжала стоять.
– Сегодня приходил какой-то джентльмен, – безо всяких предисловий сказала служанка.
Эта черта ее характера импонировала Изабелле больше всего – Марджори всегда говорила прямо.
– Вот как? А имя у него есть? – нахмурилась девушка."
"Единственным джентльменом, который когда-либо заглядывал к ним, был мистер Робертс, но Марджори прекрасно его знала, следовательно, их посетил кто-то другой. От возрастающего беспокойства Изабелла ощутила легкое покалывание по всему телу.
– Он не назвался, но показал мне рисунок, мисс, на котором была изображена девушка, ужасно похожая на вас, уж простите меня за эти слова. Конечно, я могу ошибаться, учитывая то, что на лице у девушки была маска, но я достаточно хорошо вас знаю, чтобы говорить с уверенностью. – Марджори опустила глаза и тихо добавила: – Это был очень красивый рисунок.
Изабелла ахнула. Господи боже! Она тяжело сглотнула, пытаясь взять себя в руки и унять дрожь в теле.