Значит, об охране можно не переживать. Мы застанем этого сукина сына со спущенными штанами.
— Только в том случае, если это правда, — поправил его Ансельм, — Если его разведка не распустила эти слухи специально, чтобы выманить нас и всех оставшихся участников мятежа.
— Сомневаюсь, — покачал головой Роберт, — У меня весьма надёжные источники. Они бы поняли, что это ложь.
— Поживём-увидим, — хмыкнул Вернон и мы снова замолчали.
На этот раз время бежало довольно быстро. Слишком быстро, на мой вкус. Хотелось бы растянуть эти мгновения отдыха, как можно дольше.
Скрипнула дверь. В комнату молча вошла Айлин. Оглядела присутствующих, увидела, что свободное место осталось только рядом со мной, скривилась от показного недовольства, но всё-же уселась возле стены.
— Не волнуйся, я тоже не в восторге от такого соседства, — ухмыльнулся я, — У меня гамбезон и так весь в крови. Не хочу, чтоб его ещё и ядом забрызгало. Ты уж будь добра, постарайся особо его не источать.
— Иди к чёрту, — устало сказала девушка, прикрыв глаза.
Приодели её, что надо. Вместо старой крестьянской рубахи, которая к тому-же ещё порвалась в нескольких местах, ей выдали что-то вроде женской версии дублета бело-зелёной расцветки, довольно плотно обтягивающий плечи, грудь и талию.
Главное в процессе любования было не задумываться, где послушники ордена взяли всё это богатство. Наверняка стянули с трупа очередной неудачливой чародейки, которой не посчастливилось попасть под их горячую руку. Правда, несмотря даже на это обстоятельство мысли в голову лезли всё равно весьма похабные.
Эхх… Сколько у меня уже не было женщины? Если считать по местному времени, то почти месяц. И то, без учёта жизни до переноса. И вроде бы тело нужды и не испытывает, но ведь душа то просит. Особенно перед боем, который вполне может стать для нас последним. Конечно, можно было бы… Нет. Пожалуй, нет. Пытаться трахнуть эту мегеру — да проще себе сразу хрен отрезать и на шею повесить в качестве талисмана. А после — прыгнуть с городской стены в ров.