Ввалиться к нему посреди ночи, перепачкав ковры налипшим на ботинки дерьмом, отпихнуть в сторону возмущающегося слугу, вломиться в кабинет и бросить этих двух оболтусов прямо на отполированный резной стол. Чёрт… Да это будет прям неплохая месть за этот дерьмовый контракт. Практически отплатим ему той же монетой.
— Для начала их надо связать, — кивнул я, и от души засадил алкашу ногой в живот. Тот согнулся пополам, выблёвывая из себя остатки выпитого. Следующий удар, куда более лёгкий и аккуратный пришёлся незадачливому воришке в голову.
— Эй, парни, вы там как, закончили? — раздался рёв Тура с той стороны забора.
— Да, — крикнул я в ответ, — Пеленайте своего и двигаем к старосте. Пора заканчивать с этим контрактом.
Глава 10 «Тот, кто выносит приговор»
— А ты точно уверен, что нам стоит прямо сейчас вот так вламываться в дом? — с сомнением посмотрел на меня Вернон, — Это может не лучшим образом сказаться на нашей репутации и отношениях с нанимателем.
— Ты хочешь с этими алкашами до утра нянчиться? — я кивнул на свиных воров, спелёнутых и аккуратно сложенных возле двери дома старосты, — Я вот как-то не очень.
— Я тоже, — прогудел Тур, — В конце-концов, он мог бы отнестись к нам уважительнее, если хочет уважения в ответ.
Тут я был с ним, отчасти, не согласен. При взятии контракта повели мы себя, как откровенные мудаки, пытаясь показаться крутыми перцами. За что и поплатились. Но это не значит, что мы не можем отплатить старосте той же монетой.
— Тогда пошли, — бросил я, открывая дверь, — Быстрее начнём, быстрее закончим. И в этот раз, если и будем брать работу, то уже посерьёзнее.
Дверь открылась от одного лёгкого нажатия. На ночь, её, как ни странно, не запирали. Зря. В доме довольно много ценного, а учитывая нищету и голод среди местного населения… Либо староста — ну о-о-очень уважаемый человек, у которого никто не рискнёт воровать, потому, что свои же потом запинают.
Внутри царил полумрак. Лишь две жировые лампадки у лестницы на второй этаж еле коптили, едва освещая коридор. Слуги нигде видно не было.
— Что-то мне это не нравится, — проворчал Тур, вваливаясь внутрь.