— О-о-о, друг мой, — бард развёл руками и подхватил чашку с выщерблины в камнях, — Она мне уже очень многое рассказала. Значит так, смотрите внимательно за руками, — он указал на рыжеватый скол, отчётливо выделяющийся на фоне серого затёртого дерева, — Тут мы видим свежий скол. Чашку разбили совсем недавно, и скорее всего об эту самую печь. Внутри неё, — он подозвал нас к себе и повернул её к свету, — Осталось несколько капель вина. По краям они уже засохли, оставив след на дереве, но сами по себе высохнуть ещё не успели.
— Проще говоря, группа, которую мы ищем, была тут ещё день назад, — кивнул Вернон, — Хорошее наблюдение. Ценное. Но это не даёт нам ответа на…
— Я ещё не закончил, — прервал его бард, — Теперь следите за полётом мыслей. Где обычно хранят вино?
— В бутылках, — прогудел Тур.
— Верно, — кивнул Роберт, — А где ещё?
— В погребе? — предположил Вернон.
— Именно, — хмыкнул Роберт, — Значит, где-то тут должен быть погреб, в котором и хранилась эта бутылка.
— Её могли притащить сюда, — возразил я, — Купить где-нибудь, выпить и выкинуть тут.
— И где, позволь спросить, они могли купить вино? — поинтересовался Бард, — В гнилой селёдке? Или у торгашей на площади? Тут таким не торгуют. По той простой причине, что здесь нет людей, которые могли бы позволить себе это купить.
— А как же Староста и Морро? — встрял в разговор Вернон, — У них есть вино.
— С ними проворачивают частные сделки, крупными партиями.
Здоровяк что-то проворчал в ответ, но возражать не стал.