Нет! Я не могу допустить подобного!
Я вышла вперед и загородила собой кухарку:
— Зоя, стой!
— Снежана, отойди! Я все равно поджарю эту хвостатую гадину! — прошипела она, сверкая язычками пламени в глазах. Выглядело это жутенько.
— Зоя, не нужно делать глупостей. Ты же сама потом будешь жалеть, — попыталась я достучаться до ее разума.
— Потом — может быть. Но сейчас она у меня огребет по полной! Уйди с дороги! — И сестра двинулась надвигаться на меня.
Жар приближался вместе с ней, и я поняла, что если ничего не сделаю, тоже могу лишиться бровей и ресниц.
Действуя на чистой интуиции, возвела воздушную стену и отодвинула ею Зою назад. От неожиданности она чуть не упала, а потом разозлилась так, что у нее из ушей повалил пар! Она размахнулась и саданула по моей стене, которая от такого удара чуть прогнулась, но выдержала. Зато у меня зазвенело в ушах — она била не физически, а стихией. Зоя посмотрела на свой кулак, на мою полупрозрачную стену и направила на нее соединившиеся в один большой три маленьких шарика.
"Моя стена начала дрожать и прогибаться, как пластик. Боясь, что огненный сгусток прорвется и угодит прямиком в меня, я усилила натиск. Наши стихии боролись, заставляя выкладываться на полную. Мы застыли в хрупком равновесии, и чем наше противостояние закончится, предугадать было невозможно. Но я обязана была защитить Зою от нее же самой.
Вдруг я ощутила, как кто-то оказался рядом и зашептал на ухо.
— Молодец. Сильная девочка, но неопытная.
Голос говорившего мужчины был незнаком мне, но он говорил правильные вещи. Я напряглась, ощущая, как по виску скатывается капля пота, и начала из своей стены выращивать шар, обволакивая им сестру.
Не знаю, чем бы закончился этот эксперимент, но на Зою непонятно откуда обрушился поток холодной воды. Ее волосы и кожа мгновенно потухли.
— Зоечка, солнышко, не жгись. Мне будет очень больно, — и сглотнул. — Кстати, зеленый цвет тебе очень к лицу, как и платье. На груди оно сидит особенно эффектно, жалко будет его окончательно испортить.