То блаженное томление, испытанное однажды, завладевало им снова.
- Ой, что же это я... Конечно вы там бывали... - она опустила голову. - И видели короля?
- Приходилось, - после секундного молчания ответил Рихарт.
- Какой он? - спросила женщина задумчиво.
Вопрос ему почему-то не понравился. Не понравилось, что ее интересует король. Зачем ей какой-то далекий король, когда он рядом?
Разве можно ревновать к самому себе?
Оказывается можно. И еще как.
- Он... обычный мужчина, - ответил Рихарт, подавляя досаду.
Женщина мгновенно отреагировала на изменение его интонации и посмотрела на него с таким выражением, что из головы короля начисто выветрились какие-то обиды.
Плевать, о ком она думала раньше, отныне не будет думать ни о ком, кроме него.
«А как же твоя иномирянка?»
«А отбор невест?»
«Что ты с этим всем будешь делать?»
Внутренний голос не унимался, пытаясь как-то остановить, заставить одуматься. Но, похоже, он уже ступил на тот путь, с которого не повернуть назад.
- Леди, я хотел бы пригласить вас на прогулку, - проговорил Рихарт, чувствуя, что еще немного и окончательно утонет в ее синих глазах, а все мысли о сдержанности полетят к чертям.
- А...? Да... - выдохнула она.
Вряд ли его величество смог бы совладать с собой после этого тихого «да», но тут сзади раздался бодрый голос хозяина лавки:
- Сэр Рихарт, эээ... понравилось что-нибудь? Может быть еще что-то показать?
Это подействовало отрезвляюще, не хуже ушата холодной воды.
- Я возьму вот это.
Глаза хозяина лавки как-то странно округлились, а рот приоткрылся."
"- Э... как скажете, сэр... прекрасный выбор, сэр. Софи, возьми, пожалуйста, у нашего гостя товар и оформи покупку.
Уже передавая Софи выбранный предмет, Рихарт понял ЧТО именно держал в руках. И чуть не простонал вслух.
Святое дерьмо! Он только что передал покрасневшей как рак женщине нефритовый жезл для ритуальной дефлорации.
Оставалось сделать три вещи на выбор - умереть на месте, расхохотаться или сохранять невозмутимость.
Он предпочел невозмутимость.
Раплатился и откланялся.
Уже на улице, еле удержался, чтобы не стукнуть себя дурацким артефактом по лбу.