- И все же, мне бы хотелось... если когда-нибудь, чем-то смогу вам помочь, чем-то смогу быть полезна...
Слова как-то не шли, полный заплетык от избытка чувств. Да еще и страх разоблачения присутствовал все же, она никак не могла забыть, что этот человек дознаватель, а у нее нелегальное вторжение на территорию, и никаких при себе документов.
Мужчина очень внимательно слушал и смотрел на нее так пристально, что-то выискивая в лице. Внезапно он остановил ее жестом и сказал:
- Я бы хотел навестить завтра вас.
- А... - Соня осеклась от неожиданности и покраснела. - Да, конечно, мы будем очень рады.
- Хорошо, - мужчина поклонился. - А теперь идите в дом, леди Софи. Уже поздно.
И стремительно пошел прочь, скрываясь за поворотом. А следом и рыцари, стоявшие поодаль, поклонились Соне и ушли за ним. Солейн шел последним, оглянулся, виновато улыбнувшись, и тоже исчез в переулке.
- Софи, - услышала она голос Иргена. - Заходи. Закрываться надо.
- Да, да, - она юркнула за дверь и побежала искать Нола и Зораиду.
А Ирген задержался в лавке, вроде хотел что-то там переложить, Соня не стала интересоваться. Зораида и Нол нашлись на кухне, тетка собираясь поставить воду, чтобы купать мальчика, а Нол сидел за столом, одна головенка торчала над столешницей.
Медный чайник с высокой круглой ручкой был водворен на плиту. На столе уже стояли тарелки с нарезанным мясным пирогом, свежий хлеб и сыр. Пожилая женщина налила в две кружки теплого молока, добавила меда и пододвинула Соне:
- Давай, вам обоим нужно, чтобы хорошо спать.
Соня чуть не подавилась. Хотела было сказать, что ничего она не тощая, но вовремя спохватилась. И стала кормить Нола, все вспоминая сегодняшний насыщенный событиями день.
Хмурилась. Угораздило же снова столкнуться с Хартом. Он вызывал в ней странные, смешанные чувства. С одной стороны, ужас жертвы.
Сердито одернула себя. Нашла, кого жалеть! Перед глазами встала вырезанная деревня, старая ведьма Улейн, назвавшая ее Ундиной и наделившая даром понимать язык. И осиротевший маленький Нол, которому она теперь стала мамой.
Еще ее смущал холодный интерес Фарэйна.