Но волнение не отступало, поэтому мы вышли во двор, где заново проверили все сараи, хотя маги Натана уже сделали это до нас.
В очередной раз ничего не обнаружив, все же вернулись в общий зал и присоединились к остальным.
К пиву я не притрагивалась — мне хватало и вида на Кайдена. Вместо этого мы обсудили наши шансы на победу, которые казались нам не такими уж и плохими. И еще завтрашнюю утреннюю репетицию торжественного представления и то, что мы с Лойрин тоже станем его частью.
Меня это тоже беспокоило — все-таки огромная честь, а на лётной практике мы с ней побывали лишь несколько раз.
Поговорили о торжественном открытии Игр Содружества, которое было запланировано в полдень на стадионе при большом стечении народа, после чего продолжение с важными гостями и журналистами должно было пройти в мэрии Эльрена.
Обсудили Уорли, потому что тот выступал главным организатором церемонии открытия. Нервно посмеялись над его «гениальными идеями», которые казались нам поспешными и непродуманными, и даже Мартин был с нами полностью солидарен.
Натан, кстати, тоже.
Он оказался отличным собеседником. С удовольствием слушал наши рассказы и делился случаями из своего прошлого в Академии Нери. Вскоре мне стало казаться, что если повернуть голову и прищурить правый глаз, чтобы не видеть мрачного Кайдена, то сидели мы очень даже хорошо.
Даже замечательно.
Но ровно до момента, пока в таверне не появился переодетый в почтальона жандарм и не вручил своему начальнику письмо.
Оказалось, оно было адресовано Риз Дольских, и Натан выполнил мою просьбу, потому что ему прислали настоящие результаты экспертизы с Дерна.
— С поддельным письмом и с теми, кто это организовал, мы уже разбираемся, — произнес он, после чего вручил подруге конверт.
Риз колебалась лишь секунду — тотчас же сломала печать и достала лист бумаги. Пробежала его глазами, затем сказала, что уже настолько сроднилась с нашей командой, что не собирается от нас ничего скрывать.
— Выходит, я — дочь лорда Аллавея, — добавила она.
— Для того, Риз, чтобы ты перестала наконец-таки ломать над этим голову, — Эйдан обнял ее за плечи. — А с Аллавеем я разберусь сам, обещаю!
Внезапно Риз изменилась в лице, затем вырвалась из его объятий.
Это было настолько неожиданно, что я подскочила на ноги — нервы у меня были натянуты до предела.