В первом ряду стояли Буба, Ворон, Динар и Веселков.
— Что скажешь, то и будем, — раздалось из толпы.
— Не знаю, как все, а я не собираюсь под твои указки тут круги нарезать.
— О! Мой старый знакомый, — я оттолкнулся от кованого забора, направляясь к номеру один в моем списке бунтарей, с которым мы познакомились не при самых приятных обстоятельствах на сортировочной станции вокзала. Сейчас он выглядел куда лучше, чем в прошлый раз. Не было этих ужасных армейских штанов и ботинок на толстой подошве.
— Все пришли, и я пришел, — прохрипел он, покрываясь румянцем. По мере моего приближения, толпа расступалась, оставляя Сизого один на один со мной.
— О! Нет ничего сильнее стадного чувства, да?
— Да, пошел т… — он не успел договорить, потому что моментально оказался на земле вниз лицом.
— Нет, Сизый, ты непроходимый тупица.
— Пошел ты!
— Сизый… Сизый…. В нашем мире все настолько относительно… Запомни, нарываясь на драку, будь уверен, что ничто не может сыграть против тебя. Ни торчащий галстук, ни развязанный шнурок, ни выпавшая зажигалка! Ты понял меня? А ты мне нравишься! Ты молодец.
Сизый молчал. Я чувствовал, как его мышцы расслабились, приняв поражение.
— Ребят! В костюмах нужно ходить на работу, а не в спортзал, — рявкнул я и вернулся на место, откуда была видна вся толпа.
Ну, же? Давайте, хоть кто-нибудь. В таком большом коллективе, помимо назначенных лидеров, должны быть неформальные. Их уважают, слушают. Но зачастую такие не справляются в официальной должности, потому что коллектив теряет доверие. Мне нужны неформальные — это подводное течение, которое всегда нужно держать под контролем.