Пару раз Леня за подобную «халтуру» его простил, но сейчас ситуация на бирже сложная, и, чтобы заработать, информация должна быть самого высокого качества. А где ее взять, если ни минуты свободной?
Уволит Леня, точно уволит.
И как тогда жить?!
– Приехали, – сообщил Крохин.
Машина вкатила на территорию аэродрома. В свете прожекторов Роман увидел стоящий на взлетной полосе небольшой реактивный самолет.
– Твои хозяева не экономят, – заметил Роман.
– Заказчики, капитан, заказчики, – поправил Крохин. – Давай на борт, нас и так заждались.
Они поднялись в комфортабельный салон.
Анна тут же плюхнулась в кресло. Крохин скрылся в кабине пилота.
– Вы немка? – присев возле Анны, спросил Роман.
– Достаньте из холодильника пиво, – потребовала она.
Роман достал бутылку пива, открыл, протянул ей.
– А вы? – спросила она.
– Я предпочитаю напитки покрепче.
Он налил себе виски, сделал изрядный глоток.
– Не любите немцев? – спросила Анна.
– Почему? – удивился Роман.
Анна посмотрела на него сквозь бутылку.
– Хотя… – улыбнулся Роман. – Наверное, это у нас в крови. Оба мои деда погибли на войне, бабушка была в оккупации…
Он вдруг увидел, что Анна его не слушает.
– Давно вы в нашей профессии? – переменил он тему.
Ее глаза оживились.
– С тех пор, как в десять лет увидела фильм о Джеймсе Бонде.
– Понятно. Но там все-таки главный герой мужчина.
– Да. Но зато какие при нем девушки!
Роман рассмеялся. А она не такая уж бука.
В салон вернулся Крохин.
– Вижу, вы подружились.
Анна равнодушно отвернулась. Крохин подмигнул Роману:
– Решил отбить у меня девушку?
– А ты позволишь?
– Тебе? Все что угодно!
Роман на это только хмыкнул.
Кто бы говорил!
Франция, Марсель, 28 сентября, 9.20
Проснулся Роман от запаха кофе.
Он спал на узенькой кушетке, прислоненной к стене. Солнце почти не пробивалось сквозь плотные жалюзи, но по сочившимся из щелей пыльным лучикам было понятно, что утро давно наступило.
– Вставай, разведка, – послышался голос Крохина.
Роман поднял голову. Виктор стоял на пороге комнаты, выбритый, подтянутый, улыбающийся, всем своим видом являя укор лежебоке.
Они прилетели в Марсель во втором часу ночи и на такси приехали в этом дом, стоящий на окраине. Дом был старый, просторный, квартира, в которую они поднялись, занимала комнат пять, не меньше. Их встретила очень старая, высохшая до костей женщина, поспешившая удалиться сразу же после того, как впустила гостей.