Зафир грустно мок под дождём на заднем дворе «Волка» и в салон меня пустил, лишь когда я несколько раз обошла его кругом, погладила, попросила прощения и клятвенно заверила, что больше не буду бросать его в одиночестве на произвол судьбы. Надин наблюдала за моими увещеваниями со странным выражением лица. До этого дня ей не доводилось видеть, как я общаюсь с зафиром, и, похоже, её такой метод взаимодействия с личным транспортом изрядно удивил. Из наших уроков я знала, что в большинстве своём адары обращались с зафирами именно как с собственным автомобилем – водили аккуратно, по возможности не перегружали, вовремя заправляли, чинили, если что-то ломалось или приходило в негодность, и регулярно устраивали техосмотр.
Впрочем, и зафиры в отсутствии хозяйки крайне неохотно возили даже её сочетаемых, не то что посторонних.
А мой возил преспокойно и, по всей видимости, не делал большой разницы между сочетаемыми и несочетаемыми.
Как только зафир сменил гнев на милость, мы втроём устроились в салоне и поехали в гостиницу. Забрали Исабель и её служанку, погрузили багаж и отправились за город. В Ливенте специальных площадок, откуда и куда зафир мог перемещаться, не было. Как, впрочем, не существовало запрета на телепортацию посреди улицы. В крупных городах за появление зафира в неположенном месте могли оштрафовать, но в маленьких за дорожно-транспортным движением, понятное дело, никто не следил.
Да, меня заверяли, что в зафире телепортироваться проще, особенно когда ты с целой группой.
Да, я не собиралась перемещаться прямиком от перелома, рискуя привлечь внимание какого-нибудь монстрика с той стороны грани.
И рядом Надин, она поможет и подстрахует в случае нужды.
Но я, млин, с пассажирами! Не только с Надин и сочетаемым!
Исабель сидела напротив, со строго выпрямленной спиной и холодным взором карих глаз, в котором ясно читалось, что ничего хорошего от этого перемещения она не ждёт.