"
"Рядом с тарелкой Генварского светится экран мобильного. Я со своего места вижу, кто звонит, и понимаю, что Дугину сейчас не поздоровится. Он дважды с утра уже писал Максу, и тот был совсем не рад. Вот прямо как сейчас.
— Я отойду, — хмуро бросает нам, уже встав со стула. — Приятного!
За столом повисла пауза. Я не Генварский, со мной институтские годы не вспомнишь. Сергей утыкается в тарелку и начинает усиленно водить по ней вилкой, отыскивая еще не съеденную зелень салата.
— Вы вчера, когда обознались, Сергей, говорили, что Максим мог не знать вашу бывшую жену.
Вилка в его руке застыла, плечи заметно напряглись. А я уже пожалела, что пошла ва-банк: сейчас как пошлет меня лесом, а еще хуже — Максу все расскажет. И кто меня за язык дергал? Просто хочу все знать про него, пусть и говорю себе каждый раз, что прошлое — оно не мое.
— Вы так на нее похожи, — проговорил Сергей. — И непохожи одновременно. Как Зазеркалье.
— Что вы имеете в виду? Сергей, я никому не скажу, честное слово.
— Вы с ней точно не родственницы? — Он грустно улыбнулся и поднял на меня взгляд. — Нет, у Ксюши не было никого, никаких родственников, кроме отца.
— Так почему Максим не знал вашу Свету?
— Я со Светкой мутить начал на втором курсе, это уже было после смерти Ксении, — нехотя признался он.
По спине пробежал колкий холод.
— Винил себя? В том… что она утонула?
— Она не утонула, Марина. Ксения покончила с собой. Но я вам этого не говорил. Макс идет.
Глава 37
— Хочешь поваляться на пляже? — Максим отбросил мобильный в сторону и лениво потянулся. — Марина?
— М?
Я смотрю, как задралась тонкая ткань его футболки, обнажив предплечье.
— Пошли на пляж! — повторяет Генварский. — Море прогрелось, ты же сама говорила, что обожаешь море.
— Конечно! А ты? Кстати, плавки взял с собой?
Вместо ответа наклоняется ко мне и целует так чувственно, что выбивает все мысли из головы.