С какой-то заботой, что ли… или я себе это придумываю…
— Тогда, может, покурим? Последнюю?
Беру со стола остатки былой роскоши.
— Пошли, — ухмыляется, открывая дверь и пропуская меня вперед.
У окна я вновь зажимаюсь. Не знаю, что говорить. И нужно ли?
— Ты издалека?
Оживаю.
— С чего ты взял?
— Все выходные здесь торчишь в основном, кому долго ехать, пару раз в год только сваливают.
— Нет, недалеко… просто…
А что просто? Правду я ему рассказать не могу. Вряд ли он оценит и поймет. Как это будет звучать? Я бывшая наркоманка, отец которой — судья, но я его опозорила своим поведением, и у нас теперь все окончательно полетело к чертям? А еще не забыть упомянуть, что здесь я, потому что дома не могу находиться чисто психологически? Вряд ли этот ответ кто-то сможет воспринять нормально.
— Просто нет денег ездить часто. А ты? Вы все тоже здесь постоянно… эм… шумите.
Игорь смеется, выкидывая половину сигареты в окно.
— Местный. Я здесь так, в гости захожу.
В его глазах пляшут озорные черти, а еще я вижу в них свое отражение.
— Часто заходишь…
— Отпуск на работе.
— Ты работаешь?
— Ага. Учусь на заочке, для галочки.
— А-а-а… где работаешь?
— А это имеет значение?
— Извини, — опускаю взгляд. — Я, наверное, пойду, спасибо еще раз.
— Да особо не за что. Нам в одну сторону…
— Точно.
Мое поникшее состояние вновь возвращается. У дверей моей комнаты Мурас останавливается вместе со мной.
— Ты завтра занята?
— Да вроде нет, — тереблю пальцами рукава кофты, — а что?
— У меня к тебе дело будет.
— Какое?
— Завтра скажу, — вытаскивает из джинсов телефон, — номер давай.
— Чей?
— Серьезно? — выгибает бровь. — Яшин, конечно.
— Чей? — туплю, чувствуя, как краснеют щеки.
— Твой, Жень, — говорит серьезно.
Но я вижу, что еще немного, и он заржет.
— Блин. Прости, я сегодня без головы.
Игорь записывает телефон и делает дозвон.
— Завтра голову не забудь только. Я позвоню.
— Ага, — киваю в такт своих слов.
Он уходит, а я опять запираюсь в комнате на защелку и личину.