— В тачку села, я сказал, — дергаю ее за руку, и она почти впечатывается в дверцу машины.
Шугается, смотрит затравленными глазками и, заткнувшись, усаживается на сидение.
— Умница.
Поворачиваю ключ в зажигании, приоткрывая окно. Небольшая щелка. Прикуриваю, сжимая сигарету зубами, выкручиваю руль, чтобы ехать обратно в город.
— Ну так что, к тебе или ко мне? — сжимаю ее колено.
— Отвали от меня, Мурас!
Смеюсь. Громко.
— Не ссы. Но должок вернуть придется.
— Как?
— Ты же у нас судейская дочка…
— И?
— Значит, договоримся…
— Я не буду вмешивать отца…
— Если я скажу, — резко жму по тормозам, обхватывая ладонью ее горло, — кого угодно вмешаешь, — отпускаю, нажимая на газ, — да и, к тому же, бумажки на тебя у Фролова до сих пор лежат.
Она напрягается, ее взгляд касается моего лица, прямо как тогда.
* * *Общежитие юрфака. Пять лет назад
Бесит она меня. Вот этой своей дерзостью. Жутко бесит. Смелая гадина. И как только мозгов хватило это пиво дурацкое в меня плеснуть. Че не в Яшу?
Это я точно не прощу. Тяну ее на себя, видя в глазах страх. Правильно — бойся, моя дорогая. Бойся. Касаюсь ладонью спины. Ее лицо оказывается совсем близко. Красивая. Красивая, зараза.
Я ее когда впервые здесь увидел… точнее заметил, без этого своего капюшона, залип.
А гадство все в том, что ей пофиг. Ходит вся такая не от мира сего. Ничего ей не интересно. Никто ей не нужен. Сама по себе. Из кухни в комнату, иногда покурить. И не видно ее.
А у меня ступор какой-то срабатывает. О чем с ней говорить? Кажется, что скажи что-то не то, и пошлет.
А теперь стоит, глазами своими хлопает. А я не понимаю, чего хочу больше, придушить ее или поцеловать.
— Страшно? — цепляюсь пальцами за ее подбородок.
— Нет, — склоняет голову вбок, — я тебя не боюсь.
Склоняюсь ближе к ней, касаясь своим лбом ее.
— Я тебе сегодня звонил, а ты трубку не взяла… — говорю тише.
— Планы поменялись. Я же сказала.
— Я заметил.