Кстати, я никогда не задумывалась о том, что его дело отнимает так много времени.
Он приходил за полночь и уходил ранним утром. Мы с ним практически не виделись. Я либо уже, либо еще спала, как и Полина.
Но сегодня сон не шел. Я никак не могла сомкнуть глаз и постоянно смотрела на лежащий на прикроватной тумбочке телефон. Пальцы покалывало от дикого желания ему позвонить, но мне было боязно сделать это в неподходящий для него момент. Поэтому я продолжала лежать и смотреть то на телефон, то на Полину. Ближе к пяти нервы сдали окончательно, и я все же решилась набрать, как дверь в квартиру открылась.
Я слышала, как тихо он раздевается, идет на кухню, и, не думая ни минуты, пошла туда. Только плотно закрыла дверь в спальне.
Мурас стоял у открытого холодильника, на столе красовалась бутылка водки, а в руках — тарелка с салатом, который я приготовила еще днем. Он меня не заметил, или сделал вид.
Поставил салатницу и, с какой-то злостью отвернув пробку на бутылке, наполнил стопку прозрачной жидкостью.
Я сделала шаг, и он поднял на меня взгляд. И то, что я там увидела… лучше бы этого не было. Мурас оскалился и присел на стул.
— Игорь…
Он не среагировал, только залил в себя еще.
— Что-то случилось?
Он продолжал молчать, а меня начало трясти.
— Не молчи, скажи, что произошло?
— Ничего. Иди спать.
Я осела на стул, прижимая руки к груди.
Я ничего не понимала. Совсем. Что произошло?
Я ведь не слепая. Вот только он ничего не скажет.
— Убью тварь.
Он сказал это тихо, но я услышала. А потом не знаю, как и почему. Я словно почувствовала и вскочила, преграждая ему дорогу. Почти бросилась на него, обвивая шею руками.
Он продолжал идти, а меня лихорадило. Слезы залили лицо, так что я почти не различала представшей передо мной переломной картинки.
— Игорь, — повысила голос, а потом поцеловала.
Я должна его остановить. Он пьян и несет какой-то бред. Ему нужно поспать. Успокоиться.
Мурас сдавил мое тело, словно хотел переломать все кости, буквально на пару секунд, а потом резко отстранился.
Я стояла не дыша. Он словно уже знал, что сделает. Словно представлял и смаковал каждый момент своих дальнейших поступков.
— Не надо, — делаю шаг к нему, — ничего не делай."
"Он усмехается. Отмахивается как от назойливой мухи.
— Пожалуйста, не делай ничего сгоряча. Игорь?
Мурас пристально смотрит мне в глаза. Кивает.