– Гарольд, дорогой, ты это чувствуешь? – слышу я, как в панике выпаливает Марсия.
– Да, милая. Чувствую.
О нет. Если дым достаточно силен, чтобы вызвать у этих двоих нежные чувства друг к другу, дело плохо.
Мой желудок скручивает по мере того, как самолет продолжает терять высоту.
– Так, – волнуюсь я.
Он снова прижимается лицом к окну, затем тянется к моей руке.
– Я вижу огни взлетно-посадочной полосы, – говорит он, чтобы заверить меня, что мы не рухнем на поле или что-то типа того.
– Господа, говорит ваш капитан, – раздается по внутренней связи монотонный голос. – Как, я уверен, вы уже заметили, мы действительно снижаемся. Управление воздушным движением дало нам разрешение на посадку в международном аэропорту Джексонвилла. Мы изменили маршрут и вскоре совершим аварийную посадку из-за механической неисправности. Пожалуйста, вернитесь на свои места и пристегните ремни безопасности. Бортпроводники, прошу, подготовьте салоны к посадке.
Громкоговоритель выключается.
Я сжимаю руку Такера и пытаюсь подавить нарастающую панику.
– Это действительно происходит.
– Мы в порядке. Ничего страшного. Пилоты постоянно совершают аварийные посадки.
Я не уверена, говорит это Такер для моей пользы или для своей. Команда занимается своими делами с теми же искусственными улыбками, вежливо собирая мусор и подгоняя копуш, чтобы они свернули свои столики с подносами. Эти социопаты полны решимости продолжать свои игры, даже если мы превратимся в облако пламени и искореженного металла.
"Марсия и Гарольд впереди нас обнимаются, их прежние ссоры забыты, теперь они признаются друг другу в любви.
– Я люблю тебя, Гарольд. Прости, что назвала тебя извращенцем.
– О, дорогая, никогда не извиняйся.
– Не слишком ли поздно изменить бенефициара нашего завещания? Что, если мы что-нибудь напишем на этой салфетке? Я не хочу, чтобы эта Трикси-Белл унаследовала нашу загородную квартиру в Галвестоне!
Я в ужасе поворачиваюсь к Таку.
– Боже мой, у нас нет завещания.
В интеркоме снова потрескивает голос нашего пилота:
– Пассажиры и экипаж, прошу, готовьтесь к посадке.
Такер кладет свою руку поверх моей, когда мы оба хватаемся за подлокотники, готовясь к удару.
Глава три
Такер
Ночь первая
Мы не умираем.
Самолет благополучно приземляется в Джексонвилле под облегченные вздохи и несколько неловких хлопков и свистков.